Словно в раю

– Нет, в самом деле, не нужно, – Онория не могла отвести глаз от своей скрипки. В этом зрелище было нечто завораживающее.

– Я нанесла ущерб, – величественно произнесла леди Данбери. Она взмахнула рукой, её жест был адресован скорее толпе, чем Онории. – И должна его исправить.

– Но Руджьери! – воскликнула Дейзи.

– Знаю, – леди Данбери прижала руку к сердцу. – Они стоят дорого, но нужна самая лучшая скрипка.

– За ними стоит очередь, – с гримаской напомнила Дейзи.

– Ах, да. Ты уже говорила.

– Шесть месяцев. Или даже год.

– Или больше? – спросила леди Данбери с некоторым торжеством в голосе.

– Мне не нужна другая скрипка, – сказала Онория. Ей в самом деле не нужна никакая скрипка. Она выйдет замуж за Маркуса. И больше не станет выступать до конца своей жизни.

Разумеется, она не могла рассказать об этом присутствующим.

Маркусу ещё предстоит сделать предложение.

Но это решённое дело. Она уверена, что Маркус сделает ей предложение.

– Онория может играть на моей старой скрипке, – предложила Дейзи.

И пока они с леди Данбери спорили, Онория наклонилась к Айрис и, глядя на месиво из дерева и струн, проговорила:

– Не знаю, – ответила потрясённая Айрис. – Тут одной тростью не обойтись. Понадобился бы целый слон.

Онория задохнулась от восторга и отвела глаза от места бойни:

– Я как раз об этом же подумала.

Они посмотрели друг другу в глаза и залились таким смехом, что леди Данбери и Дейзи прекратили спор и уставились на них.

– Мне кажется, она переутомилась, – сообщила Дейзи.

– Ну, конечно же, простофиля, – пролаяла леди Данбери. – Она только что потеряла свою скрипку.

– И слава Богу, – произнёс кто-то. С большим чувством.

Онория посмотрела в толпу. Говоривший был ей незнаком. Франтовато одетый джентльмен среднего возраста с такой же нарядной леди под руку. Он напомнил ей рисунки, изображавшие Бо Браммела, который был законодателем мод, когда её старшие сёстры только начинали выезжать.

– Этой девушке не требуется скрипка, – продолжал он. – Ей нужно связать руки так, чтобы она никогда больше не прикоснулась к музыкальному инструменту.

Несколько человек захихикали. Остальные выглядели смущёнными.

Онория не представляла, что ей делать. В Лондоне существовало неписаное правило, что шутить о концертах Смайт-Смитов можно только в отсутствие самих Смайт-Смитов. Даже колонки в газетах умалчивали о том, насколько они ужасны.

– Да ладно вам, – сказал тот джентльмен, обращаясь к небольшой группе людей, собравшихся вокруг.