Словно в раю

Кажется, он немного успокоился, его дыхание стало ровнее, чем прежде, и кожа немного посветлела?

Или она так отчаянно ищет признаки улучшения, что видит то, чего нет?

– Может быть, – вслух проговорила она. – Но я ухвачусь за любую надежду.

Онория заставила себя взглянуть на рану внимательнее. Её желудок яростно протестовал, но она преодолела отвращение. Нужно начинать очищать рану. Только Богу известно, как долго ждать доктора, и хотя компресс с горячей водой лучше, почему бы не начать с того, что под рукой.

Маркус забросил мокрую тряпку, которую она использовала раньше, на другой конец комнаты, поэтому она пошла к комоду и достала другую пару белья, стараясь не замечать ничего, кроме того, что они сшиты из мягкой ткани.

– Прости, Маркус, – прошептала Онория, нежно притрагиваясь к ране.

Она выдохнула воздух, который задерживала, и поглядела на ткань. Она пестрела пятнами крови и желтоватыми следами гноя, сочившегося из раны.

Уверовав в свои способности, Онория сложила ткань чистой стороной наверх и прижала её с большей силой.

Онория с тревогой посмотрела на дверь. Где же миссис Уэзерби? У неё стало получаться, но с горячей водой, она была уверена, было бы ещё лучше. Однако она не собирается останавливаться. Особенно теперь, когда Маркус оставался относительно спокойным.

Она подошла к комоду и вынула ещё одну пару белья.

– Не знаю, что ты станешь надевать, когда я здесь закончу, – произнесла девушка, поставив руки в боки.

– Снова намочим, – сказала она себе, намочив ткань – Снова к тебе.

На этот раз она нажала сильнее. Насколько ей известно, нужно нажимать на порезы, если хочешь остановить кровотечение. У Маркуса не совсем кровотечение, но усилие, конечно, не повредит.

– Я имею в виду, не повредит в принципе, – сказала Онория больному, который, слава Богу, пребывал в бессознательном состоянии. – А вот сейчас тебе будет больно.

Она снова намочила ткань, нашла на ней чистый отрезок и перешла к той части раны, которую пыталась не трогать. Наверху был участок, который выглядел хуже всего, более жёлтый и сильно раздувшийся.

Она слегка промокнула, стараясь не причинить боли, а затем, когда Маркус лишь забормотал сквозь сон, нажала сильнее.

– Потихоньку, – шептала Онория, заставляя себя дышать спокойно. – Вот так.

Она сможет. Она поможет ему. Нет, она вылечит его.