Слово авторитета

Глаз какой-то дурной, смотрел так, как будто бы выбирал место, куда следует отправить пулю.

— Попались! — процедил Карась, скрипнув зубами. Он сбросил обороты и мягко подкатил к обочине. — Из машины не вылезать! — строго предупредил Карась.

— Разговаривать буду я. Фарид, будь наготове. — Он ткнул большим пальцем в кнопку стеклоподъемника и улыбнулся в открытое окно:

— В чем дело, командир?

— Ваши права, пожалуйста, — ровным голосом потребовал лейтенант, — и выйдите, пожалуйста, из машины. Голос любезнее, чем следовало бы, а это опасно.

— Послушай, командир, я очень тороплюсь, может, как-нибудь так уладим?

— Права. — Голос прозвучал жестче.

В зеркало заднего вида Карась увидел, как на несколько шагов приблизился второй инспектор, неторопливо снял с плеча автомат и теперь придерживал его за цевье.

— Эх, нет чтобы преступников ловить, — продолжал улыбаться Карась, — а вы честных людей хватаете.

С правой стороны на кресле лежал хромированный «Вальтер». Видно, парень хотел умереть рано.

Карась опустил руку, пытаясь отыскать рукоять, но кончики пальцев уперлись в прохладную обшивку. Пистолета не было! Он отвел глаза всего лишь на мгновение, чтобы дать знак Фариду, сидящему рядом. Но неожиданно Раздался звонкий удар, и в салон с негромким шорохом посыпалось разбитое стекло, а в затылок больно воткнулось что-то твердое. «Ствол», — догадался Карась.

— Руку убери, тварь! Дернешься, пристрелю как суку! Всем вылезать из машины, руки за голову.

Карась поднял глаза, со всех сторон их оцепили люди в камуфляже и в бронежилетах. «Стволы» направлены на сидящих.

Карась осторожно, стараясь не рассердить набежавший ОМОН, выбрался из салона и увидел, что Фарид уже лежит на асфальте, заложив ладони за голову, здесь же, неловко растопырив ноги и упершись головой в какую-то рваную резину, лежала его подруга и тихо страдальчески постанывала.

Парень вжимал его голову с таким остервенением, как будто втаптывал в землю какого-то зловредного членистоногого.

Карась повернулся на голос и увидел, как прямо к лицу, с неотвратимостью летящего снаряда, приближался тупой носок армейского ботинка.

Он успел лишь наклонить голову, но сильный удар пришелся в плечо, опрокинув его на асфальт.