Слово авторитета

Ну, я в свободное время занимаюсь частным извозом. И месяц назад подвозил Валеру до Курского вокзала. Расплатился он со мной щедро. Тогда он показался мне очень компанейским парнем, много шутил, смеялся, а потом предложил одну работу и обещал за нее хорошо заплатить…

— Что за работа? — насторожился капитан. На широком, чуть побитом рябью лице задержанного отобразилось легкое замешательство.

— Он мне тогда сказал, что дружит с одной девушкой и что отношения у них очень серьезные. Будто бы даже жениться на ней собирался.

— В чем конкретно заключалась ваша работа?

— Мы за ним следили, — объяснил задержанный. — Несколько раз провожали его до работы.

— И где же он работал?

— В охране… В Текстильщиках… Потом провожали его до дома. Он действительно встречался с какой-то девушкой. Валера тогда очень радовался, говорил, будет что рассказать своей подруге.

— А о себе Валера ничего не рассказывал?

— Немного… Говорил, что по молодости попал в тюрягу, и все из-за женщины. Будто бы к ней пристали какие-то хулиганы, а он ее защищал, — и, заметив улыбку Шибанова, парень невольно смутился:

— Но потом он сказал, что все это в прошлом, а сейчас он будто бы занимается с приятелями каким-то очень прибыльным бизнесом.

— Каким именно, не распространялся? Рябой отрицательно покачал головой:

— Конкретных разговоров не возникало, да и я не люблю в душу к людям лезть.

— Тоже верно, — согласился Шибанов. — А только ответь ты мне на такой вопрос, друг ты мой ситный: каким образом ты в подъезде оказался?

— Как только этот долговязый парень в подъезд юркнул… Ну тот, за которым мы следили. Он сразу за ним пошел, а мне сказал, ты, дескать, тоже не отставай, за это я тебе по отдельному тарифу заплачу. Я у него тогда еще спросил: а я-то здесь к чему? А он мне ответил, что парень этот на него наброситься может, а на двоих не посмеет.

— Испугался, значит? — хмыкнул капитан. Рябой водила неопределенно пожал плечами и поднял поникшее лицо на Шибанова.

— Так выходит… А когда я в подъезд зашел, какие-то люди повыскакивали. Я сначала думал, что дружки этого. Ну и побежал наверх прятаться. А потом обернулся, смотрю, а это милиция. А потом кто-то по спине врезал, — чуть смущенно произнес он, пряча виноватую улыбку, — я еще на лестнице растянулся. Ведь я даже сопротивляться не стал.