Слово авторитета

— Это верно, — согласился Закир. — Такие люди с одной извилиной тоже нужны. Кто-то ведь должен заниматься грязью. — Закир обернулся. Девушка села на стул, грациозно закинув ногу на ногу. Присутствующие в клубе совсем не замечали ее наготы и воспринимали девушку как часть окружающего интерьера, лишь мимоходом скользили по ее красивым выпуклостям пустыми взглядами. За ее спиной стоял красивый высокий блондин и строго посматривал на каждого, кто смел приблизиться к ней ближе четырех метров. Подарок был не из дешевых и требовал охраны.

Кроме того, блондин выполнял при ней роль евнуха и через какой-то час обязан будет подготовить девушку к совокуплению. На столе стояла бутылка дорогого французского шампанского, здесь же, на очень высоких ножках, парочка одинаковых хрустальных фужеров с единственной разницей в цвете: розовый и синий. Девушка предпочла бокал цвета любви, обхватив его за тонкую ножку тремя длинными пальцами. И тотчас блондин, еще минуту назад застывший за ее спиной неулыбчивым истуканом, изящно изогнулся, взял бутылку шампанского и, не пролив ни капли, наполнил подставленный бокал. Девушка поблагодарила его легким кивком и лениво, словно делая одолжение всем присутствующим в зале, пригубила искрящийся напиток. Блондинка прекрасно справлялась с ролью королевы. Иван Степанович заметил, как Закир изменился в лице и жадно проглотил подступившую к горлу слюну. Сейчас он хотел бы оказаться совершенно в другом месте, и Федосеев его понимал.

— Степаныч, ты не тянул бы гондон, он ведь и порваться может.

О чем базар пойдет? Меня ведь деловые ждут.

Федосеев невольно фыркнул:

— Знаю я твоих деловых. Бабу решил подрючить, вон какими глазами на нее смотришь. Братки-то наверняка постарались и комнату для тебя организовали.

Ладно, глазами напрасно не сверкай, — миролюбиво продолжал Иван Степанович. — Дело у меня к тебе серьезное наклевывается. Если ты не знаешь, так я могу тебе сказать, в охране я работаю.

Закир недовольно поморщился:

— Степаныч, мне кажется, ты о себе очень много возомнил, неужели ты думаешь, что на киче у меня только и было дел, чтобы следить за твоими перемещениями.

Иван Степанович постарался не заметить раздражения вора и отвечал достойно:

— А зря! Мог бы и понаблюдать. Так вот, я служу в ВОХРе, которая охраняет «стволы».

Лицо Закира окаменело. С минуту он рассматривал шикарное убранство клуба, зачем-то потрогал стеновые панели и после этого обернулся на стол, за которым продолжали сидеть его кореша, о чем-то оживленно беседующие.