Слово авторитета

С Картавым пусть люди переговорят, понять должен.

Закир горько поморщился:

— У тебя, Степаныч, все с головой в порядке или ты меня за лоха беспросветного держишь? Чтобы я от пятидесяти кусков отказался? Да ни за что! Я лучше положенный срок отмерю, а зато потом на волю королем выйду. А с Ленчиком уладим, не проблема. Так ты чего звал-то?

Иван Степанович выбросил последние семечки, тщательно отряхнув от них ладони.

— Парень этот, ну новенький наш… мне совсем не нравится. Надо бы с ним разобраться как-нибудь по-тихому.

— Грохнуть, что ли, его хочешь, Степаныч? Так и скажи, что тень на плетень наводишь. Мы ведь привычные.

Река Язвенка, слабо петляя, стремилась в сторону Шипиловского проспекта. Уголок совершенно безлюдный, одним словом, московская окраина. И если вдуматься, самое подходящее местечко для человека, который скрывается.

Где-нибудь на Якиманке Закир рисковал бы нарваться на бдительного стража порядка, который для выяснения личности спровадил бы его в ближайший милицейский участок. А здесь самыми надоедливыми можно считать стрекоз, которые стремительно летают над головой, едва не касаясь крыльями лица.

— Мне бы хотелось, чтобы это произошло очень аккуратно… Чтобы комар носа не подточил. Вариант с обезображенным трупом не подходит. Он просто должен исчезнуть, и все! Скажем, однажды ушел с работы и не вернулся…

— Хм… Ты нагружаешь меня, Батяня. В наших партнерских соглашениях такое дело не предусмотрено.

— Я заплачу, — быстро отозвался Федосеев.

— Ах вот как… Здесь есть над чем подумать.

— Вот и я предлагаю все обдумать, — голос Федосеева стал очень мягким.

— У меня есть за городом домик. Не хочу сказать, что это какие-то хоромы, но летом можно отдохнуть очень даже хорошо. В свободное время я туда выезжаю, копаюсь на грядке. Малина растет, клубника «виктория»… А что еще нужно для старого человека? Попьем с тобой водочки, обсудим наши текущие дела, да и тебе там можно будет переждать непогоду, а то того и гляди, за яйца сцапают.

— Ладно, принимается, — неожиданно легко согласился Закир, поднимаясь.

— Прощаться не будем, примета плохая, а в последнее время я стал очень суеверен, — махнув рукой, он ленивой походкой пошел прочь.

Откуда-то из кустов вышли два гладиатора и зашагали вслед за удаляющимся хозяином.

Федосеев остался недоволен собой — подобные вещи в виде парочки мордоворотов нужно замечать мгновенно. Видно, стареть начал. Когда позвонит в следующий раз, нужно будет предупредить, чтобы явился без сопровождения.