Слово авторитета

Участок был большой, почти двенадцать соток, подсуетился в позапрошлом году, когда сосед сыграл в «деревянный бушлат»: нашел подход к его вдовушке, утешил как следует, вот и отдала она ему участок за бесценок.

Как бы там ни говорили, но собственный огород совсем даже неплохое подспорье в семейном бюджете. В самом углу участка, между сараем и туалетом, была выкопана яма, небольшая, всего лишь длиною в метр и такой же глубины, прикрытая черной полиэтиленовой пленкой, осторожно с двух сторон прижатой кирпичами, чтобы ее невзначай не отнесло ветром.

Иван Степанович слегка приподнял краешек пленки и с удовлетворением отметил, что края ямы не осыпались.

Возвращаться он не спешил. С минуту наслаждался окружающим покоем, вдыхая аромат близлежащих полей. И удивлялся тому, что в это время его ухоженный сад выглядел по-другому. Был каким-то чужим, что ли… Даже заросли малины в темноте представлялись непроходимыми джунглями.

В доме застучала посуда. Закир освоился и сейчас, наверное, вытряхивал из холодильника сальце, колбаску, там же была распечатанная бутылка водки.

Очень хорошее средство от бессонницы. Хряпнул перед сном полстакана и на боковую.

На вечерней прохладе захотелось курить. Иван Степанович достал пачку и с досадой обнаружил, что в ней всего лишь одна сигарета. Безжалостно скомкал пустую пачку, но выбрасывать не стал, во всем следовало соблюдать Должный порядок. Приподняв полиэтиленовую пленку, он швырнул скомканную бумагу на глинистое дно ямы. И только после того, как покурил, вернулся в дом.

В комнате его встретил уже заставленный едой стол. Закир постарался. Нарезанная ветчина, колбаска, сырок мелкими ломтиками. А еще множество салатов, среди которых Федосеев узнал морскую капусту, до которой Закир был особенно охоч. Похоже, Закир уже принял надлежащую порцию на грудь, и теперь его глаза радостно блестели.

— Я обувь снимаю, — недоброжелательно буркнул с порога Иван Степанович, — у меня здесь чисто.

— А ты зануда, кум! — отмахнулся Закир. — Может, ты забыл, кто к тебе в дом пришел? На зоне у моей шконки шнырь блеск наводил.

— Хм… — Иван Степанович натянуто заулыбался. -Да и ты, видно, позабыл, с кем разговариваешь. У меня таких, как ты, в каждой камере по восемьдесят человек сидело.

Закир помрачнел. Разговор принимал неприятный оборот. Он достал из кармана выкидной ножик, отрезал кусок колбасы и заговорил, жуя:

— Таких людей, как я… много не бывает. На таких зоны держатся. Не будь нас, так вы бы уже давно всех арестантов переморили.