Слово Императора

Верность, конечно, хорошее качество, но он и до сих пор не собирался тебя предавать; а если на него надавят в следующий раз, он опять согнется.

– Естественно, – пожал плечами Руамар. – Поэтому я взял его сына. Ривар не имеет права наследования, да. Но кровь Шаар-анов в нем сильна. Я выкроил время поговорить с ним, и он производит впечатление гораздо более сильного существа, чем его отец. А на мне сейчас лежит долг воспитать не только и не столько наследника титула, сколько потенциальную смену на роль Владыки. Из Ривара может выйти толк, но – не в Таре под крылом любящей матери и с примером мягкого отца перед глазами.

При этом он уже более чем лоялен ко мне и по-настоящему благодарен за снисхождение к отцу и спасенную жизнь младшей сестры.

– А как же Мурмар и его будущие дети? Ты настолько в него не веришь? – нахмурилась я.

– Ривару уже семнадцать, и он представляет собой значительно лучший материал, чем был в этом возрасте я. Зачем ждать и надеяться на чудо, если можно уже сейчас подстраховаться? – все так же невозмутимо продолжил император.

 – В конце концов, во Владыке главное кровь, а не права наследования. В крайнем случае он просто сменит своего отца: в Таре знают и уважают Аруш-вера и легко примут в качестве смены его старшего сына. Будет просто обидно, если из такого перспективного парня вырастет тюфяк.

– Как-то не верится, что этот тихий юноша – более перспективный материал, чем ты, – недоверчиво хмыкнула я.

– Все просто и легко объяснимо. Рамира сумела в своем браке реализовать то, чего не было у нас в детстве: семью.

Любой разумный, выросший в спокойной гармоничной атмосфере, имеет неплохую фору перед своим более издерганным и нестабильным сородичем. Не в смысле выживания и достижения цели; в тех качествах, которые нужны Владыке.

– Я с твоих слов поняла, что ему нужна сила воли и уверенность в себе.

– И это тоже, – поморщился Руамар. – Сложно вот так, на словах, сформулировать, что именно должен представлять собой Владыка. Наверное, он должен пребывать в гармонии с собой и миром.

Ладно, хватит об этом; просто поверь, что у Ривара есть неплохие шансы, – отмахнулся он, и я не стала настаивать на продолжении разговора.

Ночью я проснулась внезапно, будто от толчка в плечо. Лежала и не могла понять, что именно меня разбудило; но в душе зрела непонятная тревога. Разобраться с этой странностью мне так и не удалось, но зато я вдруг поняла, что ужасно хочу пить, и попыталась встать с кровати. На это движение немедленно отреагировал Руамар.