Слово Императора

Насколько я понял, он в принципе не может врать и не может не ответить на вопросы хоть как-то. Может недоговаривать, юлить, уходить от ответов, но напрямую отказаться – не может. Да и результаты расшифровки записей Чудака, как предвидел Первопредок, подтверждают: этот парень действительно мог наломать дров. А почему наш божественный руководитель просто не предупредил… Видимо, действительно есть какие-то ограничения. Если подумать, он ведь всегда давал конкретные ответы только на вопросы о прошлом. Почему ты так странно на меня смотришь?

– Мне кажется, ты слишком спокоен для таких известий, – нахмурилась я.

Ладно я, в принципе я довольно хладнокровное существо и быстро успокоилась; и то поначалу вскипела. Но Руамару, как и остальным оборотням, плохо удавалось скрывать собственные эмоции, а сейчас он выглядел спокойным и лишь немного мрачноватым. Честно говоря, я ожидала взрыва.

– Я бы не сказал, что они меня сильно шокировали, – пожал плечами он. – Ну и, кроме того, беспокоиться из-за событий двухтысячелетней давности, по меньшей мере, глупо.

И кем бы наш Первопредок ни был раньше, сейчас он – бог. Со скверным характером, но бог. Тот факт, что Праматерь – его сестра (и полагаю, именно она во многом определяет нашу жизнь)… что-то подобное напрашивается само собой, стоит хоть немного пообщаться с Первопредком.

– А то, что он упомянул каких-то хозяев?

– Это еще проще, – отмахнулся Рур. – Я почти уверен, что речь идет о вашем Триумвирате. Согласись, чье бы еще разрешение могло понадобиться богу?

– Логично, – вынужденно согласилась я.

– Ты готова к вечеру? – сменил тему Руамар.

– К этому невозможно подготовиться, – поморщилась я. – С юности не люблю приемы. Но ваш этикет мне с каждым днем нравится все больше, особенно то, что вовсе не обязательно танцевать. В конце концов, можно сесть где-нибудь в углу в компании Ланца и наконец-то пообщаться под бокал вина.

– Боюсь, вино придется отложить до «после приема», – усмехнулся он. – Могу отпустить тебя пораньше, посидите здесь.

– Что случилось? – растерялась я.

– Пока ничего. Но если тебе будут предлагать алкоголь, отвечай, что тебе нельзя, и загадочно улыбайся, – безмятежно отозвался он, с видимым удовольствием разглядывая мою вытянувшуюся физиономию.

– Это еще что за новости? – Я нахмурилась. – Если я попытаюсь загадочно улыбнуться, мне вызовут лекаря, решив, что у меня поехала крыша. Или подумают, что я буйный алкоголик, а ты запретил мне пить под страхом смертной казни, чтобы не опозорила.