Боюсь представить, сколько всего ребенок навоображал и что прокручивал в голове перед нашим приходом. С другой стороны, наоборот, представляю слишком хорошо.
Сама с трудом передвигала ноги. День получился таким длинным, что я мечтала поскорее забыться сном. Не переживать, что там с отцом, не видеть перед собой оскаленные морды старейшин или измученное личико Стефана. А еще этот кувырок в прошлое совершенно вышиб почву из-под ног. Когда перед дверью к нам вылетел Бен, дребезжа больше обычного, я аж вздрогнула.
Надо же — забыть, что у меня есть такой чудесный фамильяр.
Но, к моему удивлению, он предпочел проигнорировать появление главы дома Новой Луны у нас на пороге. То ли ему так досталось, то ли счел, что от Маркуса сейчас пользы больше, чем вреда.
— У нас Вернон за главного, — с заговорщическим треском сообщил он. — Ребятки так довели Ирму, что она занемогла и он ее отпустил. Полагаю, что эти двое собирались провести вечер совсем иначе. В итоге ректор сожрал остатки ужина. Знаешь, какой у него аппетит?
Я застонала.
Готовить что-то сейчас не в состоянии. А стрекозел истощен, до утра от него толку не будет. Итак, видимо, сделал больше возможного. Что за день такой, отчего все словно взбесились? Последняя четверть Луны обычно проходит более менее спокойно не только в академии, но и во всех княжествах.
— Я не думаю, что Стефан голоден, Дарриа. Не переживай, — Маркус, кажется в норме. — Я бы хотел остаться с ним. Где он обычно спит?
Как-то язык не поворачивался обвинить курфюрста в том, что он снова собрался покушаться на мое тело.
Хотя такая мысль мелькнула. И тут же пропала.
— Да-к спальни заняты. У мальчиков их всего две, у девочек — одна. Но из-за того, что они расшалились, троих изолировали, выдав каждому по гостевой. Лечь можно разве что на кухне или на диванчике в гостиной, — возразил Бен. Причем без всякой агрессии.
Что это с ним, не заболел ли? Скорее всего у нас с Маркусом такие лица, что стрекозел придерживает свой искрометный юмор.
Я и не знала, что он так умеет.
— Ничего страшного, провинившиеся мальчишки поспят и в одной. Отдадим вам гостевую, — это на крыльцо вышел ректор собственной персоной. И тут же запустил свое знаменитое сканирование. От его взгляда не могло ничто укрыться. Юлить бесполезно. — Я, между прочим, проголодался и вызвал старшекурсника, исполняющего обязанности курьера. Он привез вареной курятины больше чем нужно.
Я печально смотрела на Вернона.
