В общем, маски сброшены.
Наброситься на меня у подножия лестницы ему мешало только скорое появление Стефана, ну и немножко, присутствие других детей. Почему-то группа застряла недалеко у ворот и не торопилась войти в дом.
— Дарриа, я готов продолжать светскую беседу, хотя не вижу в ней необходимости.
Еще бы. На него вообще лучше не смотреть. Брюки лопнули, он сбросил их прямо у стола. На плечах треснули рукава рубашки, и она болтается в районе верхних ребер, полностью разойдясь на груди. У него плечи в ширину больше метра.
Об одежде можно забыть.
Я понимала, что и сама выгляжу не менее экстравагантно, но все равно не догадывалась насколько, пока не бросила взгляд в зеркало. Морда у меня не так выдавалась вперед, как у Маркуса, надбровные дуги умереннее. Однако более благообразная физиономия меркла на фоне остального беспорядка: темно-синее шерстяное платье с высоким белоснежным стоячим воротничком едва-едва угадывалось в тех тряпках, что на мне висели.
Как и у Маркуса, имелись два рукава, широкая плиссированная юбка сбилась вокруг бедер — и тоже порвана в нескольких местах.
Выше талии одежда куда-то испарилась. Наверное, я сорвала с груди то, что меня стесняло.
А ведь новую преподавательскую форму я утвердила этим летом; ее едва успели пошить к сезону. Причем комплекты достались не всем нашим дамам. В груди поднимался то ли вой, то ли скулеж. Я поглядывала в окно, готовая выскочить и дать деру, но Маркус стоял таким образом, что перегораживал мне и эти пути отступления.
— Не убегай. Иначе оба пожалеете.
Единственный шанс отмотать все назад — запереться в своей комнате и через несколько мучительных часов прийти в себя уже в женском теле. — Внутренний голос всегда давал советы строго по существу. Хорошо, что за эту часть сознания отвечала Ущербная Луна."
"Маркус же не переставал меня провоцировать и словно наслаждался этим идиотским моментом.
— Твой отец прав, — прорычал он, потому что других звуков его пасть не издавала. — Я все время давал тебе возможность выбора и вел себя, как идиот.
Ждал, чтобы ты пришла сама.
— Я твоя госпожа, — помимо воли я опять заводилась. — Что ты несешь? Не напрямую, но ты обязан мне подчиняться. Два Дома, это больше, чем один, волк.
— Конечно, я подчинюсь, но сначала искусаю. Я верховный альфа всех объединенных земель, и забираю себе ту, кого избрал себе в спутницы. В честь чего я изменил правила ради тебя?
— Да все потому, что ты сам не знал, кого же тебе хотеть. И в спутницы ты выбрал мою родственницу.
