Как ты транслировала им приказ, если камень при этом не находился в аудитории?
Вместо того чтобы ответить, я боролась с собой. Последний раз он обнимал меня под прицелом кристалла в нашу первую встречу. Воспоминания нахлынули внезапно. День, который случился боле чем двести лет назад. Я открыла глаза восторженной девушкой, которая собиралась на свой праздник.
Глава 11.Первая любовь и первая церемония"
"Дариана, двести лет тому назад:От похорон Элизабет прошло пять лет — про себя я все еще не могла называть эту странную, вечно лохматую женщину своей матерью.
В моих ранних воспоминаниях мама была теплой и нежной, с большими розовыми руками. Она все время находилась рядом, гораздо чаще, чем няньки. Но как потом рассказал отец, на меня совершили нападение — был замешан кто-то из слуг — и она потеряла равновесие, установившееся после моего рождения, и больше не приходила в норму.
Ее пришлось закрыть в верхних покоях. По ночам мы часто слышали ее вой. Несколько раз в месяц меня почти насильно водили туда.
Папа всегда просил подходить к стеклу поближе, но я боялась. Она же прижималась к нему настолько плотно, что грозила расплющить себе нос. Ее рассредоточенный взгляд все-таки фокусировался на мне, и становилось еще хуже. Женщина словно о чем-то просила, а я не в силах была ей этого дать. Под мой рев меня отводили обратно, либо воспитательницы, либо папа. Она же так и оставалась стоять.
И сейчас, по мере того, как церемониальная карета приближалась к пограничному замку Вольфдерлайнов, я с ужасом думала, что лишилась матери, даже не осознав этого.
Когда я вошла в подростковый возраст, она перестала возвращать себе человеческий вид. Единственным, кто свободно заходил на ее половину, остался ее супруг. И в полуобороте, и в личине волка она не пыталась бросить ему вызов.
Когда же мама заболевала, то к ней приезжала волчица-интуит, которую побаивался даже отец. Все верхние этажи погружались в тишину, обычная живость царила только во дворе, по-прежнему открытом для повозок с едой.
Туда же каждое утро прибывали на работу слуги.
Перед тем, как взломать решетки и защиту и выброситься из чердачного окна, мама явилась мне во сне. Этот сон я вспоминать не любила, но, как ни странно, он примирил меня с судьбой больше, чем все старания отца, который безоговорочно поддерживал меня во всем и считал чуть ли не самым обездоленным ребенком на землях оборотней.
Камень Серых, несмотря на помешательство хозяйки Полной Луны, все эти годы держали рядом с ней.
