Сложный выбор

Понимаю, кого мне напоминает Щербаков и почему я подсознательно держу Никиту на расстоянии. Он копия Игоря, с такими же суждениями авантюриста. Может, поэтому меня к нему тянет и в то же время от него отталкивает? Не знаю.

— Я уже сделала то, за что мне стыдно и о чем можно было бы пожалеть. Уверена, что и через двадцать лет буду испытывать те же чувства от своего поступка.

— Все так ужасно? — В глазах Щербакова вспыхивает интерес.

— Да.

— Тебя изнасиловали?

Я закатываю глаза:

— Такта у тебя совсем ноль.

— Хочу понять, как дальше строить с тобой общение.

— Мне хватило неприятных историй, чтобы впредь задумываться о том, что делаю. Встречаться с молодым парнем, хотя бы ради секса, — нормально, ничего предосудительного в этом не вижу. Но когда пытаюсь представлять нас с тобой, внутри словно блок стоит. Поэтому нет. Никакого свидания не будет. А вот такими встречами в шумных кафе ты быстро пресытишься.

Уж я-то знаю, о чем говорю.

— Пытаешься представлять? Тогда все не так уж и плохо. — Никита с явным удовольствием откидывается на спинку стула.

— Не пытайся подловить меня на слове.

— Понятно, — кивает он. — Насть, а с работой ты что-нибудь решила? Пойдешь к нам в команду? Я всему научу. Тебе понравится. Ну и встречаться будем не только в шумных кафе, но и в стенах небольшого офиса. Тет-а-тет и все дела.

— Ничего пока не решила. Но только что сказанное тобой тянет на весомое «против».

Никита опять улыбается.

— Кто у тебя в больнице? — неожиданно спрашивает прямо.

С минуту размышляю, говорить ли о Володе. Нужно ли Никите знать такие подробности моей жизни? Решаю, что хуже не сделаю. Может, желания быть со мной у Щербакова поубавится?

— В больнице находится отец Дениса. Он недавно появился в нашей жизни и хочет общаться с сыном. Скорее всего я препятствовать этому не буду.

Никита задумчиво сдвигает брови к переносице, услышав мое признание. С серьезным выражением лица он кажется еще более взрослым.

— А почему отец Дениса в больнице? Чем-то болен?

— Его вчера сильно избили. Он приезжал ко мне сразу после твоего ухода.

Никита задумчиво жует губу и смотрит на меня долгим взглядом.

— Темненький и плечистый? На большой черной машине? — уточняет.

Я киваю.

— Мы немного разминулись, получается.

Я опять киваю и отодвигаю от себя пустую тарелку.

— Фамилия его под запретом?

— Зачем тебе?

— Просто интересно.