Случай в Семипалатинске

В тихом городке, вдали от генералов и министров, все решалось по-семейному.

Начальник караула, унтер-офицер из стрелков, встретил питерца весьма предупредительно. Он сразу отвел его в конец коридора.

Лыков хотел толкнуть дверь, но унтер сделал предостерегающий жест:

— Постучите сначала.

— Думаешь, спит? Что еще делать под арестом…

— Нет, не поэтому. Там у их благородия барышня. Мало ли что.

— Так точно. Невеста.

Вот это да! Лыков приободрился. Это, видимо, та самая Анастасия, о которой Чунеев рассказывал ему в Семипалатинске.

Он попал в передрягу, сидит за решеткой. Решается вопрос, остаться ли ему в армии. И в эту трудную минуту она здесь. Хорошая новость.

Сыщик тактично постучал, выждал несколько секунд и вошел.

Сын, похудевший, но веселый, радостно бросился ему в объятия:

Отец обнял его за сильные плечи и долго не отпускал. Потом отступил на шаг:

— Здравствуй, узник замка Иф. Чего такой жизнерадостный?

— Так все хорошо. Ты приехал. И Настя здесь.

Лыков оглянулся на барышню, которая все это время молча стояла у окна.

Какая красивая! Ростом чуть ниже Алексея Николаевича, стройная, с вьющимися русыми волосами и зелеными глазами. Кожа юная, нежная, с легким загаром. Ресницы как у царевны, а на щеке примостилась родинка, придающая лицу особенное обаяние. На барышне было летнее платье, на вид простое, но очаровательно воздушное.

Невеста, волнуясь, выдержала взгляд питерца и первая протянула ему руку:

— Анастасия Сергеевна Лоевская, друг вашего сына.

— Вижу, что друг, раз в такую минуту не бросили его, — ответил сыщик. — Очень рад. Очень!

Подпоручик напряженно наблюдал за сценой знакомства. И понял, что отец сходу одобрил его выбор. Успокоившись, Николай подошел к двери, высунул голову и распорядился насчет чая.

Все трое сели, Лыков продолжал рассматривать барышню и находил в ней все новые и новые достоинства. Она немного смущалась, но глядела открыто. Вся ее наружность нравилась Алексею Николаевичу. Встречаются люди, которые вызывают симпатию сразу и навсегда, во всех их чертах виден притягательный, милый характер.

Их очень мало. Похоже, Анастасия была из таких.

Когда вестовой принес самовар, разговор завязался. Лыков спросил:

— Где вы остановились?

— Гостиниц в Джаркенте нет, только постоялые дворы, — ответила Лоевская. — Меня приютили в доме Малаховых. Они очень приветливые, я им благодарна.

— Тогда вечером увидимся у них, меня позвали к девяти часам в гости.