Случай в Семипалатинске

А их паства осталась на растерзание восставшим. В одном только Пекине казнили более трехсот человек. Причем в самых зверских формах… Те, кто уцелел, были вынуждены публично отказаться от православия и перейти в буддизм. Так что, Николка, учти: белые китайцы существуют, это не миф, а реальность.

— И что дальше? — раздраженно спросил подпоручик. — Такой вот полурусский-полукитаец проник в наши пределы и сделался германским шпионом? В нашем военном мундире? Папа, ты пересказываешь мне сочинение господина Куприна «Штабс-капитан Рыбников»! Это книжка для гимназистов!

— Я думаю, сначала он стал японским шпионом.

— Человек, называющий себя подъесаулом Забабахиным, — пояснил отец сыну. — Ты хоть понимаешь, что означает, если мы не обнаружим у него родимое пятно на левой ноге?

— То, что настоящего донского казака, приехавшего в Маньчжурию воевать, уже нет в живых.

— Да. Подобрали среди пленных похожего по приметам. У них уже был наготове человек. Этнический русский, которого можно снабдить легендой и внедрить в нашу армию.

— Где они его взяли?

— У китайцев, где же еще, — уверенно заявил Лыков. Он уже твердо поверил в свою версию и готов был ответить на любой скептический вопрос.

— Что, те отдали захватчикам своего парня в аренду?

— Думаешь, это невозможно? А почему? Во время недавней войны японская разведка активно использовала китайцев для проникновения в наши тылы.

— Так же, как и мы засылали тех же китайцев в тыл к японцам, — парировал Николай.

— Конечно, — согласился Алексей Николаевич.

 — Виктор Таубе рассказывал мне, что наши вербовали манз толпами. Те охотно брали деньги, уходили куда глаза глядят, а потом возвращались и сочиняли небылицы. Были и удачные случаи, например, когда дело разведки поручили хабаровскому купцу китайцу Тифонтаю. Слышал о таком?

— Во время войны подданные Цинской империи одинаково ненавидели и русских, и японцев. Им было все равно, у кого брать деньги. И вот, когда микадо понадобился человек для внедрения к русским, его разыскали среди албазинцев…

— Погоди, — перебил сын.

 — Ты сам только что сказал: они за двести лет окитаились, забыли родной язык и внешне, из-за кровосмешения, мало походили на своих предков. Такого штабс-капитана Рыбникова к нам не пошлешь, его сразу разоблачат.

— Большинство албазинцев не годились уже ни для чего. Мне рассказывали, что в конце прошлого века они шлялись по Пекину пьяные, расхристанные, накурившиеся опиума.