Случай в Семипалатинске

Я и думаю — не он ли тот, про кого вы спрашиваете?

Пора было заканчивать первый допрос. Алексей Николаевич решил не вносить в протокол ту часть, где «иван» рассказывал о пересылке писем в обход почтово-телеграфной конторы. Прием был ловкий, следовало сохранить в тайне, что он разгадан. По крайней мере пока. Местная полиция для Лыкова еще оставалась загадкой. Можно ли было ей доверять? И он сказал арестованному:

— Ты не болтай больше никому насчет шпионской корреспонденции. А то вцепятся в тебя жандармы, и тогда виселицы не миновать.

Во всем остальном сознайся, а про это молчи.

Жоркин посмотрел на сыщика с подозрением:

— Чего это вы, ваше высокоблагородие, об моей голове печетесь? Не похоже на полицию.

— На твою голову, Яшка, мне, признаться, наплевать. А за убийство полицмейстера я бы тебя своими руками вздернул… Но в интересах дознания говорить о секретном почтовом канале нельзя. Военные будут знать, и я буду знать. Остальным не положено. Понял? Скрой, это и в твоих интересах тоже.

— Да, в моих… Суд-то тоже будет военный.

Так и так всплывет.

— А может, и не всплывет? Иди в камеру, думай, что еще забыл сообщить. Мне надо раскрыть британскую агентурную сеть, остальное пусть Забабахин выкорчевывает.

— Стало быть, Куныбай Британии служил? — заинтересовался «иван». — А что, умная нация.

— Да, — спохватился сыщик, — где десять тысяч, что ты получил от резидента за убийство капитана Присыпина?

— В скотину вложил, как и остальные деньги.

— Надо их вернуть. Они будут конфискованы как вещественное доказательство для суда.

Атаман только вздохнул:

— Ладно, напишу из тюрьмы. Быстро такую сумму не вытащишь, за месяц разве.

Глава 9. Сеть надо найти!

Коллежский советник допросил остальных членов банды. Самым разговорчивым оказался Жильда, хотя речь и давалась ему с трудом. Он сообщил, что письма от Каржибаева иногда приносил дунганец Губайдулла. Он состоял при купце начальником охраны и часто катался с хозяином в Кульджу. Однажды Губайдулла не просто вручил очередное письмо, но и сделал Жильде предложение.

С тех пор как китайцы вернули себе Восточный Туркестан и переименовали его в Синьцзян, там не утихали волнения. Дунгане подвергались репрессиям, мусульмане других народностей поддерживали единоверцев. Власти перенесли столицу новой провинции в Урумчи, и прежняя столица Кульджа пришла в упадок. Сейчас там свили гнездо заговорщики. Они готовили восстание во всех крупных городах, для чего запасали оружие и вербовали людей.