Случайная встреча

— Мне кажется, я где-то встречалась с этим господином? — сказала мать.

— Он весьма привлекателен! Мне придется взять его под свое крыло. Понимаю, этот господин будет лакомым кусочком для всех невест в Лондоне. У него очень романтическое прошлое, и он не пытается скрывать его. Да и зачем? Оно скорее говорит в его пользу. Когда-то Джейк Кадорсон убил человека, пытавшегося изнасиловать девушку, и его хотели повесить. Кончилось тем, что он отбыл семь лет в Австралии.

— О… — проговорила мать.

— В свое время это наделало шуму в Ноттингеме… или где-то там. Джейк был осужден и отправился на семь лет на каторгу, а теперь он вернулся, став одним из самых завидных женихов в этом городе!

Мать озабоченно взглянула на меня. Возможно, она заметила блеск в моих глазах.

Когда мы вернулись домой, она зашла в мою комнату и завела один из ставших привычными разговоров, сразу «взяв быка за рога».

— Ты поняла, кто этот человек?

— Правильно! Я как раз пыталась припомнить его имя.

— Он вспоминал о прошлом?

— Да, в основном. Кстати, я рассказала ему про Тамариск!

— Господи, ну конечно же! Ведь он ее отец, если Долли говорила правду!

— Долли не стала бы лгать! Он действительно отец девочки, она похожа на него.

— Надо же, кто бы мог в это поверить?

— Он не скрывает своего прошлого. Леди Инскип тоже упоминала об этом, верно?

— Ну да, это придает ему некий романтический ореол! Человек, который жил, как цыган, совершил убийство ради спасения чести женщины и за это пробыл семь лет на каторге… Леди Инскип права: все это романтично — особенно в сочетании с титулом и богатством!

— Да, — согласилась я, — должно быть, женщины за ним увиваются.

— Судя по всему, у него хорошие манеры: ничего не осталось от странствующего цыгана!

— Мне Джейк показался почти таким же, как раньше.

— Конечно, тебе удалось пообщаться с ним! Ага, вот и твой отец, он догадался, где я могу находиться.

— Какое облегчение, когда, наконец, все приходит к концу, — сказал отец, усаживаясь на стул. — Вы были самыми красивыми женщинами на балу!

— Не преувеличивай! — сказала мать. — Там были, гораздо более блестящие дамы, чем мы!

— А я и не говорил про блеск, я говорил про красоту!

— Дикон, а ты видел, кто там был?

— Половина высшего света Лондона, полагаю.