Случайная встреча

— Да, придется, ничего не поделаешь! — продолжала я. — И придется научить ее вести себя, как следует!

— Я знаю, как себя вести!

— А если знаешь, почему поступаешь наоборот?

— Пойдемте, мисс Тамариск, — сказала Дженни. — Жанна уже ждет нас.

Она крепко взяла за руку Тамариск и вывела ее.

— Очень красивый ребенок! — сказала Ли, когда дверь захлопнулась.

— И очень непокорный! Все ее портят.

— На цыгана Джейка? — спросила я. — Естественно: он же ее отец!

Ли кивнула. Ее лицо было непроницаемо, и я не могла понять, о чем она думает сейчас.

— Бедняжка Тамариск, — сказала Амарилис, — ее мать умерла!

— У нее есть отец… — начала Ли.

— Отец, который не знает о ее существовании! — закончила за нее Амарилис.

— Это его ребенок! — проговорила Ли. — В этом не может быть никаких сомнений!

Некоторое время она молчала, а затем продолжала:

— Мне жаль, что я не смогла рассказать вам большего. Не хочу болтать всякий вздор, как делают некоторые из цыган. Вдохновение, истина они лишь иногда осеняют… И этого, действительно, нужно ждать.

Иногда они так и не приходят, и тогда никакого гадания не получится. Что же тогда остается делать? Ведь не можешь сказать: «Ничего не чувствую, или ты меня не можешь вдохновить. Силы молчат»? Или, например: «Я не хочу тебе это рассказывать»? Ну как такое можно сказать? Мы можем только ждать. Бывает так, что это приходит, а бывает и нет.

— Я прекрасно понимаю это, а ты, Амарилис?

— Я тоже, — ответила она. — Мне предсказали такую хорошую судьбу! Бедная Джессика, мне очень жаль, что эти темные силы…

— Эти силы окружают нас всех! Нужно вести себя так, как ты, — не смотреть ни вверх, ни вниз.

Тогда мы с ними не столкнемся и, возможно, добрый ангел направит наши стопы в нужном направлении.

Я принесла с собой деньги, и мы заплатили за гадание. Ли приняла деньги с благодарностью. Мы проводили ее до ворот, а затем вернулись в дом.

Тамариск и Жанна уже уехали.

Гости собирались. Прибыли лорд и леди Петтигрю с Миллисент и ее сыном Джонатаном.

Джонатан был немного моложе меня, а Миллисент, моя невестка, была ровесницей матери Амарилис — Клодины. Ничего не скажешь — то, что мои родители Поздно родили меня, делало мои родственные связи весьма сложными.

Мне очень нравился Джонатан. Он был веселым мальчиком, с которым постоянно случались мелкие неприятности. Он был просто очарователен, особенно когда с обезоруживающей улыбкой извинялся за доставленные хлопоты.