В том месте дневника, где говорилось о том, как Виден и Смит наблюдали за фермой Карвена, встречалось упоминание о разговоре, подслушанном ими перед тем, как старый колдун стал полным затворником, укрывшимся от людей в подземном лабиринте. Смит писал, что они слышали о каких-то пленниках, которых Карвен держал в подземелье, и о стражах этих пленников. Эти «стражи», по словам Хатчинсона или его аватара, не были у Аллена «наготове», то есть, воссозданными в своем первоначальном виде. Значит, они хранятся в виде порошка, золы, или «солей», в которые эта банда колдунов превращала бесчисленные человеческие трупы или то, что от них осталось.
Так вот что хранилось в этих «лекитос»: чудовищный результат богохульных ритуалов и преступных деяний, рак, который должен был помимо своей воли покориться могущественным заклинаниям и, получив новую противоестественную жизнь, защищать своего мучителя и приводить к повиновению непокорных! Виллетт содрогнулся, подумав о том, какой порошок пересыпал из ладони в ладонь.
На минуту им овладела слабость и он готов был бежать, сломя голову, из этого подземного хранилища ужасных полок, на которых стоят молчаливые, но, может быть, наблюдающие за ним часовые.
Потом доктор подумал о «материале», содержащемся в мириадах низких широких сосудов. Тоже прах, «соли», но чей: прах? О господи! Трудно себе представить, что в этой пещере собраны останки великих мыслителей, ученых и философов Земли от глубокой древности почти до наших дней, похищенные этими чудовищами из могил и склепов, где они должны покоиться в мире.
Неужто должны они повиноваться воле безумца, задумавшего извлечь все их знания и мудрость для исполнения своего ужасного замысла, от которого будет зависеть,. как писал несчастный Чарльз, «судьба всей человеческой цивилизации, всех законов природы, может быть, даже Солнечной системы и всего мироздания»? . А Маринус Бикнелл Виллетт играл их прахом!
Немного успокоившись, доктор снова начал внимательно разглядывать комнату. Заметив небольшую дверь в противоположной стене, он подошел к ней и стал изучать знак, небрежно начертанный над ней.
Этот простой символ наполнил его душу смутным страхом, ибо его друг, хрупкий, вечно погруженный в свои мечты Гендолф Картер, однажды нарисовал такой же знак а бумаге и объяснил, чего следует ожидать, — увидев его в темных безднах сновидений.
Этот знак люди видят иногда во сне, начертанным над входом в мрачную черную башню, едва различимую в призрачных сумерках.
