Очевидно, все произошло именно когда он вышел из дома, Но ведь он вскрикнул в ужасе, войдя в кабинет! Что он нашел там? Или, вернее, что встретило его? А человек, который не колеблясь вошел в дом, откуда якобы ушел незамеченным, — не был ли он тенью, явившейся из чуждого мира, ужасным фантомом, который набросился на дрожащее человеческое существо, не покидавшее своей комнаты? Разве лакей не рассказывал о необычном шуме, доносившемся из кабинета Чарльза?
Виллетт позвонил лакею и очень тихо задал ему несколько вопросов.
Да, конечно, там случилось что-то нехорошее. Он. слышал странные звуки — крик, прерывистый вздох, хрип — будто кого-то душили, потом грохот, треск и топот.
И мистер Чарльз был не похож на себя, когда вышел из дома, не сказав ни слова. Лакей вздрогнул, произнося эти слова, и нахмурился, вздохнув тяжелый сладковатый запах, доносящийся из одного из открытых окон третьего этажа.
Страх надолго поселился в доме, и лишь поглощенные своим делом детективы не сразу заметили это. Но ими также овладело беспокойство, ибо вся эта: история была не очень-то им по вкусу.
Доктор Виллетт задумался, и мысли его были не из приятных. Время от времени, забывшись, он что-то бормотал себе под нос, мысленно восстанавливая цепь событий.
Наконец мистер Вард сделал знак, что беседа закончена, и все, кроме него и доктора, покинули комнату. Ярко светило солнце, но казалось, что мрак навеки поглотил дом, в котором витала тень старого Карвена. Виллетт, обратившись к другу, просил поручить ему дальнейшее расследование, — ему будет легче вынести некоторые неприятные моменты, с которыми оно сопряжено.
Как домашний врач, он требует определенной свободы действий и, прежде всего, просит оставить его на некоторое время одного наверху, в библиотеке Чарльза."
"У Варда голова шла кругом. Предположения одно другого страшнее теснились в мозгу. Доктор заперся в библиотеке, где раньше с панели над камином смотрел портрет Джозефа Карвена. Мистер Вард, стоявший за дверью, ибо не решался оставить Виллетта одного в этом месте, услышал шум передвигаемой мебели и.
сухой треск — очевидно, доктор открыл плотно прилегающую дверцу стенного шкафа. Послышался сдавленный крик, и открытая дверца быстро захлопнулась. Потом ключ повернулся в замке, и Виллетт выбежал из библиотеки, бледный, как смерть, с остановившимся взглядом, и потребовал, чтобы ему тотчас же принесли дрова для камина. «Печка слишком мала, — сказал он, — от нее мало толку».
