Он столкнулся с тем, что превосходит разум обычных смертных, и мрачная тень из прошлого поглотила его существо.
А сейчас я перехожу к тому, в чем вы должны мне полностью доверять.
Откровенно говоря, мне хорошо известно, какая судьба постигла Чарльза Варда.
Примерно через год вы сможете, если пожелаете, придумать какую-нибудь трогательную историю о смерти сына, ибо его уже не будет в живых. Поставьте надгробный памятник на Вашем участке Северного кладбища, отмерив ровно десять футов к западу от могилы Вашего отца, и этот памятник отметит истинное место погребения Вашего сына.
Прах, покоящийся там, принадлежит Вашей плоти и крови, а не какому-то чудовищу или перевертышу, там лежит тот Чарльз Декстер Вард, которого вы выпестовали, настоящий Чарльз, отмеченный родинкой на бедре, а не дьявольским знаком на груди и шрамом на лбу. Чарльз, который никогда не совершал ничего дурного и заплатил жизнью за свою «строптивость».
Вот и все. Чарльз сбежит из, лечебницы, через год Вы сможете увенчать его могилу надгробием.
Завтра ни о чем меня не спрашивайте. И поверьте, чести Вашей семьи ничто не угрожает, и ее репутация останется безупречной, какой была в прошлом.
С глубочайшим сочувствием и пожеланием быть стойким и спокойно смириться с судьбой, остаюсь Вашим преданным другом.
Маринус Б. Виллетт"".
Тринадцатого апреля 1928 года, в пятницу утром, в комнату пациента частной лечебницы доктора Вейта Чарльза Декстера Варда, вошел доктор Виллетт. Не пытаясь избежать разговора со своим посетителем, молодой человек тем не менее был настроен мрачно и явно не желал вести беседу на темы, избранные Виллеттом.
Прошлый разговор лишь увеличил взаимную неприязнь, так что после обмена обычными, довольно натянутыми приветствиями, оба смешались, не зная, с чего начать. Атмосфера стала еще более напряженной, когда Вард увидел в застывшем, словно маска, лице доктора, решительность и жесткость, которой прежде не было. Юноша замер в страхе, осознав, что со времени последнего посещения с Виллеттом произошла разительная перемена: излучавший заботливость домашний врач выглядел как безжалостный и неумолимый мститель.
"
"Вард побледнел. Виллетт заговорил первым.
— Найдены важные улики, — сказал он, — должен откровенно предупредить вас: расплаты не избежать. — Выкопали еще немного голодных зверюшек? — насмешливо произнес Вард. Было ясно, что юноша желает до конца выдержать вызывающий тон. — Нет, — медленно ответил Виллетт. — На этот раз мне не понадобилось ничего раскапывать.
