Парням моим дважды напоминать не надо. Хватают Яглина за шиворот, волокут к тачке. Кто-то уже открывает багажник, чтобы принять клиента.
Но Родиоша в последний момент вырывается и бегом возвращается ко мне. Падает на колени прямо на мокрый асфальт.
— Я клянусь! Федор Николаевич! Клянусь жизнью своей! Крестом святым клянусь! Я никогда не причинял вреда ни Насте, ни Ольге. Ольгу люблю. Но она от меня сбежала. С Настей встречался. Ругался. Требовал вернуть мою невесту. Но не более. Тут кто-то другой замешан. Отпустите меня.
Разберитесь! — заламывает руки в отчаянии.
А мои парни фотографируют. Находчивые бакланы.
— Хорошо, — соглашаюсь я. Этот слизняк явно не у дел. Кишка тонка человека заказать. — Но если ты к ней приблизишься хоть на сто метров, фотки сразу же попадут в сеть. Усек? Больше повторять не стану.
— Да, конечно, — склоняет голову Пастор и добавляет тихо. — Я так понял, Ольга у вас останется…
— Все правильно. Догадливый ты, я смотрю, — усмехаюсь криво и иду к машине, оставив Яглина так и стоять на коленях.
«Кто же ты? Где тебя искать?» — мысленно обращаюсь к неведомому заказчику. И даже предположить не могу, в какую сторону думать. Меня хотели убрать или Оливию? Вот в чем надо сначала разобраться.
Глава 34
В доме Морозовых меня ждут и принимают как родную. Лера хлопочет на кухне, наливает мне в тарелку горячий суп с фрикадельками, ставит рядом пиалку с салатом, где красные мясистые помидоры соседствуют с тонко нарезанными малосольными огурчиками, фиолетовым луком, желтыми подковками болгарского перца и мелко нарезанной зеленью.
Вот только я есть не могу. Как кол стоит в горле. А перед глазами — полыхающие ненавистью глаза Сереги Анциферова. Вот что я ему сделала? Да ничего! Общались в одной компании, вместе ржали над мемами. И все. За это не убивают!
— Ты ешь, ешь, — садится напротив Лера Морозова. — Детей я уложила. Мои долго угомониться не могли, а твой сразу заснул."
"— Как он без меня? — опускаю ложку в суп. И как-то органично вхожу в мамский разговор. Дамир теперь мой ребенок.
И я за него несу ответственность.
Ну и Федор, конечно же.
Низ живота моментально тяжелеет, стоит только подумать об Анквисте. Замуж меня позвал. Неужели это правда, или так прикололся мимоходом? А потом сделает вид, что ничего не было.
«Федор не такой», — укоряю саму себя.
Он ответственный и слово свое держит. Только зачем я ему? Неопытная наивная дурочка. Если только из-за Дамира. Причина, естественно, веская, но мне хочется выйти замуж по любви.
