— Вы ведь плачете?
— Вам показалось, — губы растянулись в дежурной улыбке.
Зеркальце над лобовым стеклом отражало его лицо. Симпатичный, интересный мужчина, лет примерно сорока пяти… Седые виски, высокие скулы… Наверное, при такой работе он многое повидал в жизни.
— Скажите, а вы бы смогли полюбить проститутку?
— Что? — Таксист бросил на меня заинтересованный взгляд.
— Вы бы смогли жениться на женщине, если бы знали, что до встречи с вами она занималась проституцией?
— Нет!
— А почему?
— Зачем жениться на проститутке, если на свете полно порядочных девушек?
— Ну а если бы вы полюбили?
— Разве можно полюбить падшую женщину?
— Вы считаете, что нельзя?
— Конечно нет.
— Ну а если она бросила заниматься этим ремеслом и больше никогда к нему не вернется?
— Лично я даже не смог бы ее поцеловать. Умные люди говорят: если не хочешь нажить себе неприятностей — никогда не женись на проститутке.
Извините, девушка, за бестактный вопрос, но то, о чем вы сейчас говорили, имеет к вам какое-то отношение?
— Самое прямое.
— Никогда бы не подумал. Вы такая красивая, утонченная… Вы больше похожи на менеджера или на хозяйку модного бутика. Если честно, я вообще никогда с проститутками дел не имел, а вот в салон эротического массажа ходил. Дело прошлое.
Мне там нажимали на такие точки, что я даже сам не заметил, как пришел к оргазму. Чудеса прямо — секса не было, а удовлетворение получил по высшему разряду. Мне один товарищ говорил, что из проституток получаются самые хорошие жены.
Мол, они в своей жизни столько грязи видели, что им больше ничего не хочется.
Но, если честно, я так не думаю.
Такси подъехало к моему дому. Я рассчиталась с водителем и направилась к своему подъезду. Такси не отъезжало. Даже спиной я чувствовала долгий и сверлящий взгляд.
— Девушка! — донеслось мне вслед.
Остановившись, я посмотрела на водителя удивленным взглядом и, пожав плечами, спросила:
— В чем дело? Я дала вам мало денег?
— Нет. Вы заплатили мне вполне прилично.
Я просто хотел узнать, сколько нужно денег для того, чтобы провести с вами ночь?
— Тебе за всю жизнь столько не набомбить! — громко крикнула я и зашла в подъезд.
Дома я рухнула на кровать и в голос завыла, колотя крепко сжатыми кулаками по шелковому покрывалу. Так бабы в деревнях плачут по покойнику — громко, надсадно, жалея себя. Обидно же, черт! Полюбить человека и так по-глупому потерять его из-за длинного языка Танькиного ухажера. Проститутка! Клеймо на всю жизнь. Никогда теперь не отмыться.
