Ну живут как-то, когда не рядом. И ребёнка вдвоём воспитывают. Главное, финансами снабжать, и всем хорошо будет.
Затем пытался установить более близкие отношения, чем обычные привет-пока. Ну так-то обоим комфортнее было бы… а потом… сам не знаю. Как погряз в несвойственной мне ревности, я и сам не понял. Но границы, установленные Олей, соблюдаю до сих пор. Иначе ответка мне прилетит нехилая. А Оле нервы мотать как бы не лучшее решение. Оно ж как было? Любой намёк на сближение – все. Тушите свет. Отсмеется, промолчит, переведёт тему.
Или, что хуже намного, посмотрит, как на идиота: мол, ты куда прешь? Совсем берега попутал? Сказала же: ЧУ-ЖИ-Е.
Я ж не думал, что мое лёгкое замешательство превратится в тяжелейшую потребность зарыться в семью по уши.
Это только сначала казалось, что впереди безоблачное будущее: встречи по расписанию, крупные праздники, аттракционы и мороженое. Ну и ещё пару тумаков отвесить, когда отлынивать от учебы будет."
"Не думал и о том, как стану испытывать почти физический дискомфорт при мысли, что мелкий может оказаться и не моим.
Как это ни глупо и обескураживающе, такую правду я бы предпочёл не знать. Вопрос в другом. Я вдруг ощутил невидимые удушающие тиски, сдавливающие горло при мысли, что бывший муж Ольги настоящий отец и на ребёнка будет иметь законные права. А значит, из жизни моей – да, в мыслях она уже моя безоговорочно – женщины он вообще никогда не исчезнет. Только подумал об этом, и в раз поплохело. Мне нужны документы. Чтобы обезопасить нас и записать мелкого на себя.
Плюс раз и навсегда закрыть Алмазову рот и дорогу в жизнь Оли. И даже все мысли об этом выбить из его головы. А то, что он этот возможный козырь еще вышвырнет мне в лицо – так это к гадалке не ходи, лишь вопрос времени.
Вздыхаю неслышно и ловлю следующие слова:
– Потому что иначе не помогает. Давай мы сейчас как нормальные люди поговорим. Ещё раз. И ты хорошенечко подумаешь: нужно нам с тобой ссориться или нет.
– Да не нужен ты ей, Егор. Оставь уже все как есть. Что ты упёрся? Все.
Она от тебя ушла. И не примет обратно. Выдохни.
– Примет, – мужик перебивает собеседницу, но в голосе скорее горечь, чем уверенность.
Сжимаю кулаки. Точно сейчас втык дам! Какой, к черту, примет?! Вали, пока кости целы!
– Не примет. Не хочет она, понимаешь, не хочет! А нам с Данечкой ты нужен. Очень, Егор.
– Хватит спекулировать ребенком. Прекрасно знаешь, на меня это не действует. Я тебе с самого начала сказал. От жены не уйду никогда. Можешь даже не стараться.
