Как будто я один все развалил, а сама уже по мужикам шаталась!
– Не было такого. Не обманывайся. Тебе легче так думать. Но я была тебе верна всегда. Это выбор каждого человека. И мы оба свой выбор сделали. Единственный раз, когда я предала тебя… когда изменила своему выбору… было в тот день, когда я узнала, что у тебя вторая семья. Да, я не отрицаю, что это была слабость. Просто желание забыться, но это не помогло мне. Совсем. Только хуже сделало. Я не оправдываю себя. Не говорю: это ты виноват, что я была с ним.
Я и сама могла бы сделать другой выбор, могла, но не сделала. Егор. И ты мог бы. Ты мог бы сделать другой выбор, но ты этого не сделал, – по щекам текут слёзы, а голос совсем тихий и дрожит. – Я не хочу уже искать виноватых. Просто я на тот момент… я сломалась, понимаешь? Недостаточно сильная, наверное. Недостаточно… Прости, что так вышло. Прости. Но нашей семьи больше нет.
– Я же сказал, что мы поговорим вечером. Я сказал!
– Вот именно. Уже на тот момент ты все сказал. Ты мне изменил.
Тебе родила та, которая смогла. В отличие от меня. И ребёнка ты любишь. И твоя вторая жизнь меня не коснётся. Но она будет продолжаться вне зависимости от моего к этому отношения. Это был твой выбор – загнать меня в ловушку. И это уже было точкой.
– Ты не просто ушла. Ты ушла к нему! Ты тоже лгала!
Он меня не слышит. И, наверное, уже не услышит. Не хочет.
– Егор. Пожалуйста. Хватит. Дай мне выносить этого ребёнка. Ради бога, не приезжай ты. Ты ведь знаешь, как может быть все плохо, ну зачем ты меня доводишь, Егор? – еще немного и голос сорвется на крик.
Внутри закипает волна. Он просто взял и на меня перебросил все. Вот так просто. Все перебросил. Как будто еще один разговор спас бы нас…
– Тебе утешения захотелось, да? Святая ты моя! И как? Часто он тебя утешает?
– Хватит…
– Нет, ты мне скажи!
– Егор. Ты разрушил все сам. Сам. Своими руками, я тебя в чужую постель не толкала. И да, я была с ним. Да, здесь гордиться нечем. Высокоморальным поведением и не пахнет, но пока я не узнала про твоего ребёнка, у меня и в мыслях других мужчин не было! Но если тебе так проще – хорошо.
Считай, что я тебе изменяла на каждом шагу. Это уже не имеет значения. Сам-то! Шарахался где можно, и сейчас продолжаешь, – слово «наверное» сказать не успеваю, потому что Егор перебивает меня:
– А он тебе уже и растрындел все, что видел тогда, да? Что я с бабами по кабакам хожу. Романтика, все дела, да?
– Что значит «видел»? Тебя? – уточняю упавшим голосом.
