Отмахиваюсь от горестных воспоминаний и поднимаюсь со стула. Отхожу в сторону – лишь бы подальше от него быть.
– Я ведь не прошу прямо сейчас взять и забыть все. Можно я хотя бы буду тебе звонить? Или с работы забирать? Ну хоть что-то. Хоть раз в неделю видеться.
– Нет, нельзя. Я не хочу видеться. Ты не понимаешь? Как можно не понимать? – всплеск руками, горящий взгляд, только бы лишнего не сказать, но остановиться не получается. – Ты в постели с другой был. Завтра ещё раз захочешь. А потом снова. Ну а что? Жена ж простит, и ничего! А я не собираюсь тебя после других принимать, как объедки.
Я согласилась женой твоей быть, а не тряпочкой – грязь с ботинок стряхивать. Захотел в чужую постель – ну так я не против, это твой выбор, Егор. Но последствия его тебе придётся принять. Я с тобой жить не буду. И компромиссу здесь не место.
Он делает два шага вперёд и слишком неожиданно меня обнимает, прижимает к себе крепко-крепко. И горестно как-то, но а мне-то что… я уже, наверное, все слёзы выплакала. Из-за него…
Чувствую нежное прикосновение его рта к виску.
Муж рукой обнимает за шею и не даёт отодвинуться.
– Жесть как без тебя тошно. Просто жесть. Я не хотел так, я не соображал тогда ничего… ну зачем ты так, Оль…
Его руки плавно перемещаются на талию, я пытаюсь отстраниться, но он не позволяет. Он сильнее намного и пользуется этим. А я зажата между подоконником и крепким телом супруга. Порхающие поцелуи устремляются вниз, а я отворачиваюсь.
– Знаешь, как дома без тебя? Никак. Пусто, холодно, – шепчет, а по коже мурашки от его дыхания.
– И возвращаться не хочется. А ты меня не подпускаешь к себе теперь. Скажи, что мне сделать, Оль? Скажи, пожалуйста, хоть что-то. Я ж без тебя никто, Оль.
Со свистом выпускает воздух из легких, твёрдые губы неприятно обжигают. Пальцы мужа почти болезненно впиваются в кожу. А потом комкают подол, и мужская ладонь настойчиво двигается выше.
– Каждое твое касание ненавистно. Противно до дрожи. Перестань, Егор, – поверхностные поцелуи переходят на шею и спускаются до ключиц.
Муж крепко сжимает в объятиях, а я задыхаюсь рядом с ним.
– Вернись ко мне. Вернись… – влажная дорожка касается выреза платья, а я, зажмурившись, пытаюсь и дальше отталкивать супруга, – вернись, я тебя умоляю…
– Убирайся, – шепчу дрожащими губами. Руки трясутся, пальцы не слушаются. Не осталось во мне агрессии, не осталось больше сил противостоять, хочу, чтобы он просто ушёл. Хочу одна быть. Он сломал меня. А я только сейчас это поняла.
