"
"Нельзя допустить ни одного, ни второго. Я не собираюсь застревать здесь, в этом городе и вообще в этой стране. Я собиралась вернуться в Лозанну и учиться дальше. Или работать, чтобы накопить на учебу, знаний у меня достаточно.
Значит, бежать.
Внезапно простреливает мысль: что, если Максуд говорит правду, и Азат хочет выдать меня замуж? Разве такое возможно?
Нет, успокаиваю себя, такого не может быть.
Дверь приоткрывается, в узкий проем просовывается темноволосая голова. На всякий случай держу наготове графин, а левой рукой шарю в поисках осколка покрупнее.
Просто так не сдамся, пусть Максуд и не мечтает. И тот второй, как его. Забыла…
— Эй, погоди, не надо ничего бросать! — из-за двери выглядывает девчонка, совсем юная.
Черноглазая, темные гладкие волосы заплетены в толстые косы. Любопытные глаза блестят, рот полуоткрыт. Смотрит на меня так, будто я не Марта, а Собор Святого Павла. По крайней мере, когда я туда попала, у меня было точно такое же выражение лица.
Я в отражении видела.
— Не будешь посудой бросаться? — спрашивает меня девчонка и протискивается полностью. В одной руке у нее веник с совком, в другой — черный мусорный пакет.
— Если ты одна, не буду, — отвечаю и спрашиваю строго: — Ты одна?
Она несколько раз кивает для верности и нерешительно мнется на пороге. Отставляю графин в сторону и неловко поднимаюсь с пола. Осколок все еще держу в руке — я здесь никому не доверяю.
— Меня прислали убрать и принести тебе еду.
— Раз прислали, убирай, — говорю равнодушно и приваливаюсь к стене.
Девчонка принимается живо сметать осколки в совок и вытряхивать их в пакет. Демонстративно поднимаю с пола самые крупные, плюхаюсь на диван и кладу осколки рядом. Немного подумав, иду за графином и его тоже ставлю на пол возле себя.
Девочка смотрит на меня большими как оливки глазами. Черт, как захотелось есть! Ну или хотя бы чашку кофе. Ладно, воды.
— Что ты так на меня смотришь? — спрашиваю девчонку.
— Или ждешь, что я буду тебе помогать?
Она мотает головой, отчего косы летают из стороны в сторону. Вроде как она со стороны похитителей, и я должна ее ненавидеть. Но почему-то девочка вызывает симпатию.
— Как тебя зовут? — спрашиваю, когда надоедает сидеть на диване без дела.
— Мадина, — она выпрямляется и смотрит в глаза пытливым взглядом.
— А меня Марта.
— Я знаю. Я сестра Хамзата.
Сразу портится настроение.
