Жаль, что я ошиблась в тебе. Всё стало рушиться, когда ты начал относиться ко мне с пренебрежением. Не я, а ты. Мою ласку и заботу безжалостно топтать и сеять между нами отчуждение. После смерти родителей я замкнулась, но не до такой степени, чтобы забить на семью. Это ты решил, что тебе чего-то не хватает, а я бы никогда не ушла от тебя и не посмотрела в сторону другого мужчины, если бы ты не растоптал моих чувств. Не нужно меня одну выставлять во всём виноватой.
Влад хрипло смеётся, глядя на меня сверху вниз.
"
"– Ты вроде торопилась? Надеюсь, собирать чемодан и покупать билет в свой Мухосранск? Туда тебе и дорога.
– Ты идёшь на принцип, рушишь не только мою жизнь, но и Марины. Она при чём?
– Я рушу? Это ты всё разрушила. И свою жизнь, и своей подруги, – в ярости бросает Влад, ставит бутылку рядом с моими туфлями и направляется к своей машине.
Меня трясёт. Не могу поверить, что он это сделал – продал свою долю нашим конкурентам. В голове не укладывается подобное. Это окончательный крах.
А если я ничего у него не отсужу, то действительно останется только одно: вернуться в родной город.
Сажусь в машину и долго смотрю, как капли дождя стекают по лобовому стеклу. Когда немного отпускает и руки перестают дрожать, набираю Молчанова. Сообщаю ему, что виделась с Владом, передаю его слова о состоявшейся сделке с «Семейным комфортом». Рассказываю о том, что в положении и ни при каких обстоятельствах не хочу, чтобы Влад имел отношение ко мне и этому ребёнку. Меня накрывает эмоциями.
Я плачу. Дождь усиливается и частично заглушает мои всхлипы. Сергей просит оставаться на месте, говорит, что сейчас подъедет и отвезёт меня домой, заодно мы поговорим.
Вытираю слёзы и жду, когда станет легче, но боль никуда не уходит. Сжимаю руками обивку руля и сильно жмурюсь, мечтая, чтобы происходящее оказалось кошмарным сном. Как я скажу Марине о том, что натворил Влад? Это разобьёт ей сердце и, вероятно, поставит крест на нашей дружбе. Но видит бог, я подобного не хотела.
27 глава
Павел
– К нему нельзя, у Павла Владимировича важное совещание, – слышу голос секретарши и отвлекаюсь от бумаг.
– Мне можно, – нагло усмехается Динар, проходя в кабинет.
– Всё нормально, Таня. Возвращайся на рабочее место.
Секретарша непонимающе хлопает глазами. Приходится грозно сдвинуть брови, чтобы до неё побыстрее дошло, что пора выйти из кабинета и не раздражать босса своей вялой мыслительной активностью. Но должен признать, что девушка старается.
