– Пришлось перенести его на полчаса, пока ты не удовлетворила своё желание промчаться по коридору на скорости. Скинуть тебе запись?
Я смущаюсь и, наверное, сильно краснею, потому что улыбка Паши становится шире.
– Почему тебе так нравится Тимур? – Кажется, я созрела для этого вопроса.
Улыбка сходит с его лица, но глаза всё так же блестят.
– А чёрт его знает, – пожимает он плечом. – Это сложно объяснить. У Динара с Наташей разница в возрасте почти двадцать лет. Между ними спонтанно всё закрутилось.
Асадову вскоре пришлось принимать нелёгкое решение, потому что брат Наташи оказался в безвыходном положении и его с семьёй нужно было спасать. Асадов обрубил все связи жёстко и решительно, но вот как в итоге получилось. О сыне он узнал спустя три года и сказал слова, которые я навсегда запомнил: «Много любви не бывает». В этом я с ним полностью согласен. Тимура я впервые увидел около года назад. Он насупился, когда я к нему подошёл. Сдвинул маленькие брови и посмотрел на меня таким же серьёзным взглядом, как его отец.
И всё. Я понял, что пропал. Почти как с тобой, когда ты бросила бумаги на капот и хотела уйти, но я остановил тебя.
– Ты в тот момент понял, что я тебе понравилась?
– Не совсем. Когда ты предложила войти в свой домик в «Дубраве» по доброй воле, у меня как будто что-то щёлкнуло внутри. Вроде и шутка, мелочь, но какие-то ощущения и эмоции… Невозможно объяснить, они просто врезаются в память и остаются в сердце. Навсегда.
Измайлов подходит ближе и опускает лицо к моему. Проводит губами по подбородку.
– Я не пойму, лап, он правда так вырос или ты просто объелась? – горячий, вкрадчивый шёпот обжигает ухо, когда Паша уверенно подтягивает меня к себе за ремень джинсов.
По коже бегут мурашки от его дыхания.
– А ты умеешь испортить романтический момент, да?
Паша улыбается, целует в губы и, обняв за плечи, ведёт в дом.
Я засыпаю в его объятиях, думая о том, как счастлива рядом с ним. И как не хочу уезжать.
Очень не хочу.
Почти весь день я провожу в клинике, мне снова делают УЗИ и дарят снимок малыша. Фоткаю его и отправляю Измайлову. Он долго молчит, а потом перезванивает.
– Она с каждым разом всё больше похоже на тебя, – заключает Паша.
– Как ты это определяешь? – удивлённо спрашиваю я. – И почему она?
– Это же профиль на снимке? Посмотри, как она губы выпятила. У меня не остаётся сомнений, кто там и на кого похож, – хмыкает он.
