В отличие от Эндрю и нескольких других мальчишек Сухвиндер не задавала учителю вопросов о хакерах; она спокойно пошла домой и отыскала всё, что нужно, в интернете. Практически каждый современный веб-сайт имел защиту от внедрения SQL-кода, но, услышав, как мать обсуждала анонимный взлом веб-сайта совета, Сухвиндер подумала, что защита на этом дурацком старом сайте минимальна.
Ей всегда было легче печатать, чем писать от руки, проще читать компьютерный код, чем длинные цепочки слов. Найти сайт с чёткими инструкциями по самому простому внедрению SQL-кода не заняло много времени.
Теперь можно было приступать к делу.
Взлом сайта занял пять минут, и то потому, что сперва она опечаталась при наборе кода. К её изумлению, выяснилось, что администратор сайта — где они только такого взяли? — не убрал информацию о пользователе «Призрак Барри Фейрбразера» из базы данных, а только удалил его пост.
Отправить сообщение под тем же именем, похоже, не составляло труда.
Гораздо сложнее было сочинить текст. Сухвиндер долгие месяцы вынашивала тайное обвинение — с Нового года, когда она во время празднования жалась в углу и без десяти двенадцать с изумлением поймала выражение лица матери.
Печатала Сухвиндер медленно. Спелчекер исправлял ошибки.
Она не боялась, что Парминдер проверит её компьютерную историю; мать так мало её знала, так мало интересовалась тем, что происходит за дверью её комнаты, что никогда бы не заподозрила свою ленивую, глупую, неряшливую дочь.
Сухвиндер нажала на кнопку мыши, будто спустила курок.
XI
Во вторник утром Кристал не повела Робби в детский сад; она собиралась взять его с собой на похороны бабушки Кэт. Натягивая на него почти нерваные штанишки, из которых он, правда, вырос, она пыталась растолковать ему, кто такая бабуля, но её старания были напрасны. Робби не помнил бабу Кэт; он вообще не понимал, что значит «бабушка»: в его представлении родня ограничивалась матерью и сестрой. А кто был его отец — этого не знала даже Терри, хотя она и потчевала Кристал изменчивыми байками и намёками.
Кристал услышала на лестнице материнские шаги.
— Не трожь! — прикрикнула она на Робби, когда тот потянулся за пустой жестянкой от пива, закатившейся под излюбленное кресло Терри. — Пошли.
Она потащила его в прихожую. Терри спустилась по лестнице босиком, в пижамных штанах и засаленной футболке.
— Переодевайся давай, — напустилась на неё Кристал.
— Не поеду я, — сказала Терри, протискиваясь в кухню мимо сына и дочери. — Передумала.
