В прихожей она сунула ноги в сабо — это была первая попавшаяся пара обуви — и выскочила за дверь, чтобы он не успел её остановить.
IX
Поездка вернула Кристал в детство. Этим маршрутом она каждый день ездила на автобусе в «Сент-Томас» — самостоятельно. Она прекрасно помнила, в какой момент за окном появится аббатство, и указала на него пальцем:
— Вишь там замок большой, разрушный?
Робби хотел есть, но поездка в автобусе его немного отвлекла. Кристал крепко держала его за руку. Она пообещала накормить его, когда они приедут на место, но пока не придумала, на какие шиши.
Может, у Пупса удастся перехватить на пакетик чипсов, не говоря уж о билете в обратную сторону.
— Я тут в школу ходила, — рассказывала она Робби, пока он возил грязными ладошками по стеклу, оставляя причудливые рисунки. — И ты сюда в школу будешь ходить.
Когда она забеременеет, дом ей, конечно, дадут в Полях; туда переезжать дураков нет, дома ветшают помаленьку. Но Кристал не возражала. Плевать, что жильё будет ветхое, зато и Робби, и её доченька пойдут по микрорайону в «Сент-Томас».
Глядишь, родители Пупса деньгами помогут, чтоб ей стиральную машину прикупить — для их же внучки. Может, и на телевизор хватит.
Автобус катил по склону в сторону Пэгфорда, и Кристал успела полюбоваться сверкающей речкой, пока дорога не ушла резко вниз. Когда она занималась греблей, ей даже обидно было, что тренировались они не на реке Орр, а на грязном канале в Ярвиле.
— Ну вот, нам выходить, — сказала она Робби, когда автобус медленно въехал на украшенную цветами площадь.
Назначая встречу, Пупс не сообразил, что «Чёрная пушка» находится прямо напротив кулинарии «Моллисон энд Лоу» и кафе «Медный чайник». Кафешка, правда, по воскресеньям открывалась только через час, в двенадцать дня, но Пупс не знал, во сколько у Эндрю начинается рабочий день. В то утро он не имел никакого желания видеть старого друга, а потому до прибытия автобуса топтался за углом.
На автобусной остановке остались только Кристал и какой-то чумазый шкет.
Пупс в недоумении двинулся им навстречу.
— Это братик мой, — воинственно заявила Кристал в ответ на едва уловимую гримасу Пупса.
Пупс сделал ещё одну мысленную поправку к понятию суровой аутентичной жизни. Некоторое время тому назад он намеревался обрюхатить Кристал (дабы показать Кабби, на что — походя, без малейших усилий — способен настоящий мужчина), но его обескуражил вид этого мальчонки, который цеплялся за руку и за ногу сестры.
Он уже ругал себя, что согласился прийти.
