Надо бежать!
Я бросилась к двери, дернула ее что есть силы, но внезапно оказалась отброшенной в сторону, к стене. Снова осторожно подкралась и попробовала выйти еще раз. Результат тот же — мгновение и я в другом конце комнаты. Что-то отшвыривало меня, как никчемного котенка.
Магия.
Я всегда мечтала познакомиться с кем-то кто умеет творить чудеса.
Познакомилась. И мне это совершенно не понравилось. Зато теперь стал ясен смысл поговорки: бойтесь своих желаний, они могут сбываться. Мои желания и мечты исполнялись наперекосяк.
Наверное, судьба собрала весь хлам, все мученья в один мешок, и торжественно вручила мне его при рождении.
Иначе чем объяснить вот это все?
Дальше было несчетное количество попыток вырваться из комнаты. Я билась, как птица в клетке, но ни дверь, ни окна не поддавались. Я не могла выйти, не могла сбежать, оставалось только сидеть и покорно ждать возвращения голодного чудовища.
Впервые в жизни я ощутила ненависть. Черную. настоящую. Сконцентрированную на одном человеке.
Мне нужно было обвинить кого-то в том, что мой мир сломался, разлетелся на осколки, и я выбрала его.
Я ненавижу его! И никогда не сдамся! Буду сражаться, чего бы мне этого не стоило.
Сбегу! Найду способ выбраться из этой западни. Найду способ вернуть себе свободу.
* * *К вечеру я совершенно выбилась из сил. Все мои попытки вырваться на волю из этой проклятой комнаты с треском провалились. У меня даже слезы закончились — все выплакала, пока давилась собственной беспомощностью и отчаянием.
Осталась только пустота. Апатия. Потому я не придумала ничего лучше, кроме как сесть в углу, привалившись спиной к стене и гипнотизировать несчастным взглядом окно, за которым медленно догорало блеклое солнце, и тусклый закат невыразительно разливался по небосводу.
Наверное, я задремала. Потому что стены вокруг меня растворились, стали прозрачными, и я оказалась в родной деревне.
Мне снился дом. Тропка между грядками, которые я вчера полола. Я шла по ней в длинном белом платье.
На голове — венок из одуванчиков, в руках — букет нежно-розовых лилий. Настроение такое легкое, воздушное, что, кажется, стоит руки в стороны раскинуть и взлетишь.
На пороге дома меня встречала бабушка. Как всегда хмурая. Губы недовольно поджаты, брови в одну линию сошлись на переносице. Я давно привыкла к тому, что она всегда неласкова.
— У нас гости, — ее голос раздавался словно через пелену.
— Какие?
— Сейчас увидишь, — и кивнула, чтобы я шла следом.
