Настойка вытянула всю заразу, — Бен провел ватным тампоном по ране, стирая красную пену, — видишь? Чистенькая.
Я подозрительно покосилась на ногу, при этом стараясь не упускать из виду коварного лекаря. Рана действительно выглядела лучше. Корка исчезла, и по краям стала видна нежная, ярко розовая кожица.
— Очень часто от черных тварей начинает портится кровь. Поэтому пришлось наложить на ночь специальную мазь, — он кивнул на старые бинты, покрытые вонючей желтой гадостью, — а сейчас мы просто завершили процесс очищения.
— Теперь все пройдет? — спросила недоверчиво, вспоминая, как долго болели жители деревни от любой хвори.
— День-два и будешь как новенькая, — сказал Бен, — давай-ка начнем прямо сейчас.
Он аккуратно положил руку поверх раны и немного надавил. Я почувствовала приятное тепло и умиротворение, и даже, по-моему, немного задремала, отдавшись на милость волшебных рук лекаря.
Мне снился теплый луг. Солнышко. Ветер, качающий, тяжелые бутоны маков…
— На сегодня, пожалуй, все, — произнес Бен, спустя некоторое время.
Я приоткрыла один глаз, зевнула и снова посмотрела на свою израненную конечность. Края раны начали стягиваться, и она выглядела уже совсем не страшно.
— Как быстро, — воскликнула, не веря своим глазам, — вы волшебник!
Лекарь довольно крякнул:
— Приятно, что я кого-то еще способен удивить.
С ним было легко, просто и спокойно, несмотря на то, что сначала он показался мне страшным и жестоким. Бен разговаривал со мной как с обычным человеком, на равных, но все-таки иногда в черных как ночь глазах проскакивало любопытство.
— Вы, наверное, гадаете, зачем он меня купил? И что нас с ним связывает? — не сдержалась, задала вопрос, который и без того витал в воздухе.
— Не буду отрицать и делать вид, что все равно. Мне любопытно, как и всем остальным в лагере. Но я здесь для того, чтобы лечить, а не чтобы совать свой нос в чужие дела, — Бен пожал плечами, — раз Хельм так сделал, значит это было нужно. Он смышленый парень.
— Он – джинн, — зачем-то напомнила я.
— Поверь, одно другому не мешает. Он надежный. С ним как за каменной стеной. И голова у него работает как надо, — тут лекарь усмехнулся, — хотя, бывает, и он косячит. От души. Тогда на него орет Овеон, наш главный, и отправляет на кухни мыть котлы. Хельм бесится, но из-за уважения молчит и выполняет поручения, а все остальные развлекаются, наблюдая за всем этим.
— Весело тут в вас.
— Без капельки веселья в таком месте не выжить. Так что учись радоваться мелочам.
