Марк обещал весь день потратить на то, чтобы нарыть, как можно больше информации на Соколова, а я должна была ждать, но выходило из рук вон плохо.
Точнее вообще не выходило.
Бросив бороться с обработкой, я спустилась вниз, сходила в кафе напротив и взяла себе горячий, крепкий кофе. А вернувшись, принялась гуглить Соколова. Что-то, а интернет на сегодняшний день был просто кладезю информации.
И спустя несколько часов у меня было собрано настоящее досье.
– Так вот ты, значит, какой… обалдеть! Что ты скрываешь, Соколов? – прошептала я в тишину пустой студии.
Мне многое удалось выяснить о Дмитрии."
"Во-первых, ему действительно было тридцать два года и за все это время он ни разу не был женат. Наследник огромной финансовой империи, он славился дурным характером, нелюдимостью, замкнутостью, скрытностью, а еще… его считали едва ли не проклятым.
Да-да, я тоже сначала опешила, но факты оставались фактами. Последние четыре или пять девушек, с которыми он был в более или менее серьезных отношениях очень плохо закончили.
Одна погибла в автомобильной катастрофе, одна покончила с собой, третья оказалась в психушке, четвертая пропала без вести где-то за границей, пятая уже который год находилась в реабилитационной клинике, где лечилась от какой-то зависимости…
На разных форумах и чатах даже поговаривали, ни то в шутку, ни то всерьез, будто он имел прямое отношение ко всем этим злоключениям. Там же, опять же, шутили, что не пошли бы замуж за такого «магната», имей он хоть пол мира, мол, жизнь дороже.
Я же всерьез призадумалась.
Что это было? Злой рок? Проклятье рода? Неудачное стечение обстоятельств? Ведь даже та же Карина закончила очень плохо. Сначала авария, затем психиатрическая клиника. Совпадение? Если да, то их набиралось уж очень много…
Но Дмитрий… нет, он, конечно, показался мне тем еще щеголем и индюком, но он не был похож на отмороженного на всю голову психопата. Он казался… нормальным. Как бы странно это не звучало при наших обстоятельствах. В какой-то мере я даже понимала мужчину, которому за тридцать, и для которого Саша был единственным способом обречь семью, наследника.
Означало ли это, что я ему уступлю? Никогда. Но понять… понять его можно было.
Вот только череда этих загадочных трагедий… они не укладывались в голове. Я так ни до чего и не додумалась, а когда пришла в себя, то на часах уже было двенадцать и уже подоспели арендосъемщики.
Передав им оборудование и все необходимое, я поспешила в школу, забирать сына.
