Не позвони я ему и не согласись на встречу, он в аварию не попал бы.
– Ты не забыла про подарок? – шепчу ей, кивая.
– О, – переводит на него взгляд.
Забыла… Но тут же тянет к нему свои крохотные ручки.
* * *– Ух ты…
Рассматриваю гору всего и не знаю, как на это реагировать.
Заморочился – ещё лёгкое слово.
Интересно, он сам это всё выбирал или послал помощницу?
Тут, мне кажется, есть всё для рисования. Разные виды красок, кистей, мольберт, куча альбомов, скетчбуков, мелки, карандаши, фломастеры… Настолько много, что на мгновение я начинаю завидовать.
А у меня такого в детстве не было!
Зато теперь, когда у меня есть дочь… я могу немного с ней играть.
Хех…"
"– Капец, да? – шепчу удивлённо. – Куда нам это всё складывать?
Покупка стола была у меня в планах! Нужно же будет потом ей делать уроки. Правда, чуть позже…
– Не знаю, но… – малышка берёт в руки альбом и листает странички. Какой же звук! – Давай нарисуем папе рисунок? Чтобы быстрее выздоровел.
Папа.
Одно маленькое, безобидное слово. Вызывает бурю эмоций в груди.
Всё сковывает, а сердце словно ледяными кольями пронзает.
Это безумие.
Я что-то натворила и теперь не знаю, как из этого выпутаться.
– Правда… – она поджимает губки, привлекая к себе внимание. Мотаю головой, пытаясь прогнать мерзкие мысли, но ощущения в груди никуда не денешь. – Мне нужна помощь, мамуль.
И глазки свои на меня поднимает – голубые, красивые. Чуть слёзы не пускает.
Боже мой…
Что за маленький манипулятор теперь живёт со мной…
– Какая, солнышко? – не могу сдержаться и опускаю ладонь ей макушку.
Глажу по косичкам.
– Я рисовать не умею.
А-ха…
Нервный смешок вылетает из моего горла уже сотый раз за этот день.
– Я тоже, – признаюсь, потупив взгляд. Что мы там Артуру нарисуем в итоге? Но не могу же я её бросить! – Но научимся!
– До завтра? – шепчет.
– Ты хочешь подарить ему рисунок завтра? – сердце быстрее колотится.
– Ага, – обнажает белые зубки.
Блин.
Да здравствует бессонная ночь…
И откуда у этого ребёнка столько энергии?
Глава 26
Артур
– Я чувствую себя прекрасно, – огрызаюсь.
– Выписывайте.
Нормально всё! Рана оказалось неглубокой, наружное повреждение, с которым я спокойно могу жить и у себя в квартире! А сотрясение… Да плевать на него! Уже с утра встал и пошёл. Нормально. Максимум – чуть-чуть слабости.
А из меня калеку какого-то делают.
– Нет, – мужчина в годах твёрдо обрубает всю надежду на то, что сегодня я уже буду дома. – Ещё дня три. Там глянем. Будете себя хорошо вести – отпустим.
