Служанка

 — Он хитро подмигнул и добавил: — Если бы еще замок зверя признал, вот тогда зажили бы мы, как наши предки.

Слова старика задели что-то внутри, встревожили. Что они значат? Почему замок должен зверя признать?

Я даже обиду свою забыла и уставилась на Микошку.

— Легенда такая есть. Лорд Штефан, может, и не знает, но пока зверь его с душой замка не совладает, не быть арну настоящим хозяином края, не видать ему Стобарда как своей истинной вотчины. Где эта душа? — понял он мой безмолвный вопрос. — А про то никому не ведомо.

Лорд Вацлав ее всю жизнь искал, горы старинных книг прочел, все надеялся отыскать в них разгадку, да так и помер, ничего не добившись. Но у него нутро темное было, безжалостное, и зверь лютый, даром что старый хозяин умел его в узде держать.

Микош оперся на сучковатую палку и переступил с ноги на ногу.

— А вот молодой хозяин, хоть нравом и крут, но справедлив, и сердце у него зачерстветь еще не успело. Глядишь, может и получится у арна с замком договориться.

Мне неожиданно вспомнилось недавнее видение, стук, от камня по всему подземелью идущий, нож острый, над плитой сверкающий, и я ухватила старого конюха за руку, беззвучно спрашивая, что тот знает о душе Белвиля.

— Что знаю? — хитро блеснул глазами Микошка. — А много чего! Белвиль — он же не обычный замок. Вот ты думаешь, его просто так построили? Нет. Деды сказывали, раньше на этом месте алтарь стоял, на котором жертвы Скарогу приносили — козлят молодых, баранов, телят. Их сжигали, а дым к небу шел, к тому месту, где наш суровый бог обитает.

Говорят, как раз над Белвильской горой у него пристанище незримое. И он с нашими предками говорил, громом и молниями на вопросы отвечал. А то и трясением, ежели неугодное что просили. Вся гора ходуном ходила. А потом арны появились, потомки его, построили на этом месте замок, кровью своей жертвенник напоили, душу в него вдохнули.

Я слушала Микоша, пытаясь ухватить ускользающую мысль. Камень, что меня звал… Может, в нем и есть та самая душа замка? Но тогда при чем тут нож? И почему он мне в руки не дался? Или…

— Я тебе что велел? — послышался недовольный вопрос.

Я стремительно обернулась, и наткнулась на пылающий взгляд арна. Мать-Создательница! Ну почему граф снова злится?

— А ты, Микош, опять за свои побасенки взялся? — грозно посмотрел на старика лорд Штефан. — Сколько раз говорить, чтобы ты народ не баламутил? Ступай на конюшню.

Граф недовольно нахмурился, а потом неожиданно схватил меня за руку и потащил за собой.