Их было столько, что она не была уверена, что успеет переделать все.
Первым делом она приготовила завтрак из оставшихся продуктов. Их было не так уж много, но спасибо Тишону — он снова оставил на столе добычу. Правда, даже так перед обедом придется сходить на рынок.
Отложив, как обычно, порцию для Тишона и Зельца, Полина отправилась к графу. Оставив завтрак на столе, она привела сонного Арчи.
— Я могу побыть здесь? — спросил мальчик, когда быстрый завтрак был закончен и Полина достала бумагу и чернила, намереваясь переписать все знаки с цепей.
Она хотела покончить с этим делом как можно скорее. Кто знает, когда неприятности настигнут их. Наученная жизнью, Поля знала, что беда всегда приходит внезапно.
Сама она решать этот вопрос не стала, а посмотрела на графа. Все-таки тот был отцом мальчика.
— Можешь, — разрешил граф.
Полина чувствовала одновременно согласие и несогласие с таким решением. С одной стороны, ей хотелось, чтобы Арчи остался. Ей была невыносима мысль, что ребенок снова будет заперт в той ужасной комнате.
С другой стороны, если к ним сейчас кто-то заявится с проверкой, они даже не смогут отреагировать вовремя, ведь никто не предупредит.
Впрочем, несогласие было настолько мало, что Поля едва ли обратила на это внимание. Поэтому она с готовностью уступила стул около кровати графа Арчи, а сама принялась переписывать руны, краем уха прислушиваясь к тихой болтовне отца и сына.
Для Полины символы были похожи на закорючки. Ни одной знакомой буквы, но она все равно прилежно вычерчивала знаки на бумаге, располагая их так же, как они были уложены на цепях.
Что-то ей подсказывало, что переписать придется не только эти символы, но еще и те, что лежали на оковах дракона в подземелье.
Закончив, Полина последний раз сверила написанное и подняла взгляд. Как оказалось, и отец, и сын смотрели в этот момент на нее.
— Что? — спросила она, не понимая, почему удостоилась такого пристального внимания. Поля даже забеспокоилась, что чем-то испачкалась и не заметила, и принялась тайно осматривать свое платье, а затем даже потерла лицо.
"
"— Так ты моя мама? — внезапно спросил Арчи.
Полина, пытающаяся оттереть несуществующее пятно на щеке, замерла от удивления. Она вопросительно посмотрела на графа. Тот выглядел как самый невинный человек из живущих в этот момент в мире. Вот только веселый блеск в глазах выдавал его с головой.
Опустив на миг ресницы, Поля вздохнула глубже, а затем взглянула на смотрящего на нее с ожиданием ребенка.
