Пробегая мимо взорванной части дома, Поля услышала шум. Она резко остановилась и заглянула в проем. Сначала она никого не увидела, и неудивительно, учитывая, что комнаты, как и части дома, не было (в этот момент Полина даже не подумала, что следовало быть осторожней, ведь это место все еще было опасным), но вскоре взгляд зацепился за силуэты в саду.
Послышался собачий лай. Следом — чей-то смех.
Поля буквально впилась взглядом в бегающих между деревьями детей. За ними весело скакал Зельц. Она успокоилась только тогда, когда признала в одном из малышей Арчи.
Выдохнула, прижав руку к груди, и на миг прикрыла глаза.
Он в порядке. Здесь. Совсем недалеко.
В этот момент ей так сильно захотелось обнять мальчика, что она немедленно двинулась к выходу.
Сбежав со ступенек, Полина отправилась в сад. Сначала ее шаг был быстрым, но чем ближе она подходила, тем медленнее шла. Ей не хотелось напугать малыша своим встревоженным и растрепанным видом.
Еще спустя некоторое время она остановилась, наблюдая за происходящим.
Пятеро детей разного возраста, одетые в лохмотья, веселились с Зельцем, который с радостью носился по округе, лаем демонстрируя, что очень хорошо проводит время. Тишон в этот момент сидел около одного из деревьев. Рядом с ним лежал меч, а сам мужчина, несмотря на едва уловимую улыбку, выглядел напряженным и внимательным. Он первым заметил Полину.
Поля кивнула ему, а затем снова посмотрела на мальчиков. Вернее, на Арчи. Мальчик едва ли отличался от окружавших его беспризорников. Он был одет в какие-то лохмотья, которые позволяли ему успешно смешиваться с другими детьми.
— Стой! — крикнул Арчи и отпихнул Зельца от себя, когда тот попытался лизнуть его лицо. — Фу, фу!
Полина непроизвольно рассмеялась. Смех из-за всех волнений вышел слегка нервным. Ее все еще не заметили, поэтому она могла спокойно насладиться зрелищем, как ее малыш радостно проводит время, бегая и прыгая, как самый обычный ребенок."
"От его улыбки и смеха в груди Полины что-то сжималось. Она вспомнила ненавистную комнату и проклятый замок.
Все это хотелось стереть не только из своей памяти, но и из памяти самого мальчика.
Сделав шаг вперед, Поля подумала, что рада решительным действиям Риара. Теперь, когда он стал королем, никто не посмеет снова запереть его сына.
— Мама! — заметив Полину, закричал Арчи и бросился к ней.
Сердце Поли екнуло от такого обращения. Ей пришлось приложить усилия, чтобы не расплакаться в этот момент.
Сразу после выкрика Арчи остальные дети замерли.
