Смех и грех Ивана‑царевича

Так кошка в кладовой с продуктами весьма ловко лазает по полкам в поисках деликатесов.

— Болезнь Пертеса, — повторила Элеонора, — это нарушение кровоснабжения головки бедренной кости. Чаще всего встречается у мальчиков, диагностируется в раннем детстве. Лечится долго, больной испытывает большие проблемы при ходьбе, сильную боль в тазобедренном суставе, у него наблюдается дефицит массы ягодичной мышцы, «усыхание» конечностей. В ряде случаев помогает операция по замене сустава. М‑да, нехороший диагноз… О как, человек почти инвалид.

— Тяжело мальчику в детстве пришлось, — пожалел я Родиона. — Понятно теперь, почему он такой нелюдимый.

— В институте его характеризуют как вполне общительного, — снова не согласилась Нора. — Профессура от Роди в восторге, называет его удивительно талантливым математиком, лучшим студентом, ну и так далее. Очень серьезный юноша, участвует во всех научных конференциях, делает доклады, на девушек не смотрит и… хороший спортсмен. Родион увлекается бегом, участвовал недавно в пятикилометровом марафоне, который институт устраивал в благотворительных целях.

Остается удивляться, как он столь быстро избавился от болезни Пертеса? Ученик одиннадцатого класса весной сидит дома, не высовывается на улицу, не способен сдать экзамены, а осенью того же года он бодрый первокурсник, блестяще преодолевший вступительные испытания — Родион единственный из поступающих набрал максимальное количество баллов. С такими прекрасными знаниями паренек мог легко попасть на бюджетное отделение любого университета России, но выбрал Институт математических и естественных наук, частное заведение, где преподают потрясающие педагоги, часть из них американцы. Штатники внимательно наблюдают за студентами и каждый год отбирают трех пятикурсников, которые получат особую стипендию, поедут учиться далее в США. Чтобы очутиться в Америке, надо быть отличником, спортсменом, хорошо знать английский и иметь чистую биографию. Родион кандидат номер один на поездку. Как только получит диплом, улетит за океан.

— Ну и что тут странного? — не понял я. — Плохо разбираюсь в медицине, но полагаю, что Родю вылечили.

— Я тоже не Авиценна, — явственно усмехнулась собеседница, — но, понимаешь, мать Родиона каждый год представляла в школу справку, из которой было ясно, что физическое состояние ее сына ухудшается. И знаешь, какой врач лечил паренька? Замечательный специалист — профессор Эдуард Захарович Звенигородский.

— Тот самый, который выдал справку Иосифу, — подсказал я.