Смех Циклопа

Я объяснил, что весельчаками были еще мои родители. Благодаря анекдотам они познакомились и поженились. Вот и я посвятил жизнь благородному искусству смеха. Мои клиенты знают это.

Альфонс указывает на свою картотеку – шеренгу коробок от обуви – и объясняет, что расставляет их по «сезонному» принципу. Каждой эпохе соответствует особая шуточная мода. Взять хотя бы анекдоты про блондинок. Он не может отказать себе в удовольствии и извлекает из коробки листок.

– «Как называют блондинку, перекрашенную в брюнетку? – Искусственный интеллект».

Или сезон кроликов. «Чем пахнет кроличий помет? Морковкой». А вот бельгийцы. «Как узнать бельгийца на оргии? Только он приходит туда со своей женой».

Лукреция жестикулирует, моля о пощаде.

– Раньше были шотландцы, венгры, евреи, арабы, югославы, негры.

– Ага, расистские шуточки.

– Не только, еще про инопланетян.

– Разве можно быть расистом по отношению к инопланетянам? – удивляется Лукреция

Альфонс достает обувные коробки, набитые карточками, как библиотечные ящики.

– Духовность бок о блок с выпивкой, – объясняет он, снова поправляя свою бабочку.

– Значит, Тристан Маньяр явился к вам в накладной бороде и выдал себя за журналиста. О чем он вас спрашивал?

– Откуда я знаю анекдот про телеведущего.

– Если я не ошибаюсь, Тристан использовал его в своем скетче?

– Что-то такое припоминаю… Я полез в свою «библиотеку» шуток про телевизор, нашел имя того, кто его мне рассказал, и продиктовал адрес. Слушайте, вы мне симпатичны. Хотите хороший анекдот?

– Нет, устала смеяться.

Альфонс разочарован, но старается это скрыть.

Лукреция Немрод чиркает в блокноте и говорит себе, что «подъем вверх по течению» на манер лосося грозит затянуться и вымотать силы. Особенно если напарываться на шутников только такого сорта.

«Древний Рим, рынок.

– Мое ремесло – кастрация рабов, – говорит покупатель.

– Как вы это делаете? – любопытствует собеседник.

– Сажаю раба на стул с дырой – и шарах снизу двумя кирпичами по яйцам!

– Больно!.

– Да ладно, я приноровился! Главное, когда бьешь кирпичами, – поджать большие пальцы. Еще ни разу не отшиб!»

Из скетча Дариуса Возняка «Наши понятливые предки».

Крик из-за двери. Воздух пропах эфиром. Мужчины и женщины в белом возят кресла-каталки.

Там, где сходятся коридоры, ждут в волнении люди.

– Здесь, в больнице Жоржа Помпиду, мы создали «Ячейку изучения и понимания явления смеха».