Смех Циклопа

 – Не будь он смел и упрям, его достижения были бы скромнее.

– По-моему, под конец он пресытился, у него было все: деньги, власть, женщины, наркотики, обожание толп, поддержка политиков. И высший шик: возможность безнаказанно убивать.

– BQT была последним предметом его желания, и именно потому, что недосягаема. Потому он и приложил столько сил, чтобы ее заиметь.

Они продолжают прогулку по дорожкам кладбища Монмартр.

– Чем Дариус опечалил до слез грустного клоуна? Вот в чем вопрос, – говорит Исидор.

– Список подозреваемых велик.

Это и Себастьян Долин (его он обокрал, опозорил, разорил), и Стефан Крауз (его он лишил авторских прав), и члены GLH (он перебил немало их собратьев и укокошил самого Великого магистра), и Великая магистерша Беатрис (он убил ее возлюбленного), и его брат Павел (его он всегда унижал), и его брат Тадеуш (его он всегда держал в тени). Кто еще?

– Комики, которых он грабил, семьи комиков, убитых на турнирах ПЗПП…

– …не говоря о мафиози, потерявших деньги на ставках, о политиках, которым он давал обещания, но не сдерживал их.

– А Феликс Четтэм? Дариус спал с Мари-Анж. Феликс хотел стать вместо него номером один и главой компании.

– Грустным клоуном был не Феликс.

Они доходят до могилы другого прославленного комика, умершего за несколько лет до Дариуса.

– Знаете, Лукреция, я вам соврал.

– Когда я вам говорил, что знаю юмористов как мрачную публику, я интересничал. Пора внести поправку. Я знавал разных комиков: тревожных, психованных, буйных, с манией величия, но все они составляют крохотное меньшинство.

Если честно, большинство – замечательные ребята.

– Некоторые были смешными на сцене, но грустными в жизни. Некоторые – смешными там и там. Вторых несравненно больше.

– По отдельности они славные, но их портит система – профессия, деньги, слава, пресса. Когда эти молодые юмористы начинали, им нравилось просто смешить свое окружение.

Ветер крепчает, все злее ворошит листву, небо нависло ниже некуда.

– Грустный клоун давно не смеется… – бормочет Исидор с закрытыми глазами.

 – Это из-за Дариуса. Он убивает, чтобы вспомнить, как смеяться.

– Вы в трансе, Исидор?

– Грустный клоун убил Дариуса и Тадеуша. Его месть завершена.

Внезапно в небе сверкает молния.

Исидор испуганно открывает глаза.

– Хотя нет, еще не завершена. Грустный клоун нанесет новый удар.

– Снова ваша «женская интуиция», Исидор?

– Нет, кое-что гораздо точнее. Вот!

И он указывает на что-то перед собой.