Смех Циклопа

Никто не осмеливался нарушить молчание.

Царь Соломон нашел взглядом Ниссима, тот сокрушенно качал головой.

Правитель хотел было исправить положение, объясниться, загладить свой промах смехом. Но тут он вспомнил совет Ниссима: «Никогда не смейтесь над собственными шутками».

Решив идти до конца, он взял царицу Савскую за руку и повел ее мимо потрясенных присутствующих в царские покои.

Соломон не признал свое поражение и с упорством, какое проявлял в любом деле, продолжил работать с Ниссимом, развивая в себе чутье на «фразы, вызывающие смех».

– Юмор – тот же экзорцизм, – внушал ему Ниссим. – Он изгоняет то, что вызывает у нас страх. Вот чего больше всего страшится ваше величество? Попробуем подействовать на это смехом. Таково будет наше следующее упражнение.

– Что меня больше всего страшит? Моя мать, Версавия. Нервничая, она превращает меня в дитя.

– Прекрасно. Не станем называть ее имени, будем говорить об «идише мамэ».

Царь Соломон попытался вспомнить о своей матери что-нибудь смешное, но нет, тема была слишком табуированной.

– Помоги мне, Ниссим.

– Давайте разберемся. Что вас сильнее всего в ней раздражает?

– Она во всем меня контролирует. Обо всем высказывает свое мнение. Что бы я ни сделал, такое впечатление, что этого мало.

– Как проще всего опознать идише мамэ?

– Вы встаете ночью в туалет, возвращаетесь – а ваша постель застелена.

– Теперь ваша очередь, о царь.

– Даже не знаю… Подскажи мне что-нибудь на ту же тему.

Ниссим Бен Иегуда порылся в памяти и вспомнил:

– Три идише мамэ судачат на лавочке.

Новый взрыв монаршего хохота.

– Ты так легко их вспоминаешь, Ниссим! Как у тебя это выходит?

– Я наблюдаю за людьми на улице и подмечаю все их причуды. А потом придумываю, как это применить.

Так, в обществе царя Соломона, Ниссим сочинил первые анекдоты про еврейских мам.

Назавтра он обратился к царю со странной просьбой:

– Мне хочется создать группу для разработки юмора как новой науки, повелитель.

– Не понимаю. Юмор – не наука, а развлечение.

– Пока что не наука, но может ею стать. Я бы собрал здесь таланты и создал юмористический цех. Для начала мне хватило бы трех помощников, которых я бы сам отобрал, и скромного зала, где нас не беспокоили бы. Возможно ли это, о царь?

Соломон согласился, не понимая, правда, что толку в таком «юмористическом цехе».