Она все еще была оглушена, и потому, постояв немного у раковины, взирая выпученными, затуманенными болью глазами на лежащее на полу тело и вытекшую из него кровь, она отцепилась от умывальника, обнаружила, что вполне может стоять прямо, и начала двигаться. Ее маршрут пролегал по дуге, чтобы обойти страшное препятствие на полу напротив холщовой ширмы, скрывающей от глаз умывальник, но по мере того, как она приближалась к цели, дуга ломалась и шла зигзагами. Прислонясь к дверному косяку, она постояла еще чуть-чуть, собираясь с силами.
Теперь она уже знала, что с ее головой творится что-то неладное, и это не просто шок при виде дяди Артура на полу с перерезанным горлом, тогда она провела по ней рукой, а потом вгляделась в пальцы. Очевидно, открытой раны там не было. Успокоив себя этим, Эми двинулась дальше.
Она наверняка не смогла бы самостоятельно добраться до улицы, если бы кто-нибудь, потянув за цепочки от ламп, которые Эми оставила включенными, погасил их. Но свет горел, так что она смогла добраться до выхода.
На улице по-прежнему лило, но Эми вышла, не замечая дождя, и не стала тратить драгоценные силы на то, чтобы закрыть за собой дверь на фабрику. На двух каменных ступенях крыльца она пошатнулась и едва не упала, но все же вовремя вернула себе равновесие и зашагала в восточном направлении. Сейчас у нее уже появилось слабое ощущение, что она совершает нечто неправильное, но неодолимая необходимость переставлять ноги, идти все дальше и дальше была куда сильнее. Эми стиснула зубы, хотя это заметно усилило ее головную боль, и постаралась выпрямиться, ускорив шаг.
Она перешла на другую сторону улицы, одолела еще квартал, увидела такси у тротуара, села в него и попросила шофера отвезти ее к дому номер 320 по Гроув-стрит."
"Только оказавшись у своего дома, Эми наконец сообразила, что при ней нет сумочки с кошельком. Это открытие заставило ее впервые с того момента, как она пришла в сознание, включить мозг в полную силу. Попытка вышла неутешительной. Сумочка, конечно, осталась в кабинете.
Но там ее нельзя оставлять. Если по какой-либо причине окажется, что надо будет скрыть тот факт, что Эми побывала на фабрике, – мысль слишком сложная и запутанная, чтобы ее рассматривать здесь и сейчас, – сумочка не только не должна там оставаться. Ее следует оттуда забрать. Единственный человек, который способен или желает это сделать, – сама Эми. Единственный способ это сделать – туда вернуться. Вот только она не хотела возвращаться.
