А напротив – очень спокойным, уравновешенным и психически здоровым. Решившимся на самопожертвование ради каких-то своих идей и верований. И точно не был человеконенавистником, а очень любил людей, правда не всех, только вот этих и готов был ради их счастья лишить себя и тех, других, жизни. Такой хороший в целом человек. Потому что плохой ради чужого счастья убивать себя не станет.
И вот когда он решил отдать свою жизнь во имя… он пошел… Нет, не на площадь.
Точнее, не сразу туда. А пошел к уважаемым людям, разделявшим его взгляды и мироощущение. И имел с ними долгие, неспешные беседы. Про вечные ценности, которые не для всех. И с ним говорили как с равным и говорили очень правильные вещи – про любовь к ближнему, к детям, к родственникам, к народу, к богу.
К своему богу. Своим детям. Своему народу…
Потому что любить всех – это неправильно. Слишком «всех» много. И на всех любви не хватит, потому что любить всех нельзя, невозможно.
А надо лишь тех, кто этого достоин.
Те – не достойны. Ибо веруют они не в того, в кого следует. И добра желают себе, а не другим. И вообще живут не как надо, не по заповедям божьим, нарушая их всякий день…"
"А ведь и верно – не по заповедям! Точно – нарушая! Каждый день! Помнят, про «не укради». Но обкрадывают целые государства! И никто рук за воровство у ближнего не рубит… Знают, что «не возжелай», а желают! И совращают.
И отбивают. И сходятся-расходятся. И детей делят меж собой как имущество или скотину. Изменяют друг другу и жена – мужу. И никто изменниц за прелюбодеяние в землю не закапывает и камнями до смерти не забивает в назидание другим. И женщины их не то что в парандже, но голяком ходить готовы, груди и чресла свои на всеобщее обозрение выставляя за деньги или даже просто так. И дети их это непотребство видят, и никто им глаза не прикрывает… И мужчина с мужчиной любят друг друга и нет таких законов, чтобы отрубать им за это греховное место, а после и саму голову.
И их священники те отношения принимают как должное, и именем Господа благословляют на брак и венчают в церквях пред алтарем! И после оного право им дается детей усыновлять, и в семьи подобные брать, и учить греху, которому сами они подвержены.
