Смерть в подлиннике

– Вернусь-ка я обратно и попробую разговорить Алексея Егоровича, – пробормотал он. – А то он ни слова о своих проблемах не сказал. А я думал, что у него все в порядке. Во всяком случае, у меня создалось именно такое впечатление.

– Я вас понимаю, – кивнула девушка. – Не обижайтесь на него, если не пустит вас в квартиру. С ним такое случается.

– Меня наверняка пустит.

– Только не говорите ему, что это я вас к нему отправила, – тихо проговорила девушка. – Пожалуйста."

"– Обещаю. А когда именно к Алексею Егоровичу приходила та самая скандалистка?

– Второго сентября.

Я почему запомнила? У мужа день рождения был. Гости тоже всё слышали. Даже пообещали скинуться нам на новую входную дверь.

Понимания и доброй улыбки от Моргунова Гуров не ждал и заранее приготовился услышать все, что о нем думают. Позвонив в дверь и услышав в квартире шаги Моргунова, решил, что и на этот раз тот станет его мариновать у порога, пытаясь узнать причину повторного визита. Но Моргунов снова удивил.

Он не ударился в полемику и сразу же открыл дверь. Теперь он опирался на толстую деревянную трость. Пристально посмотрев в глаза Льва Ивановича, Моргунов произнес смертельно усталым голосом:

– Я знал, что вы вернетесь. Проходите, Лев Иванович. Дорогу вы уже знаете.

Глава 4

Гуров пересек комнату, старательно обходя шаткие книжные башенки, и остановился, встав спиной к окну. Моргунов, зашедший следом, попросил стул и, болезненно морщась, наконец уселся, опираясь на трость. Наблюдая за его страданиями, Гуров вспомнил, что час назад он не выглядел так плохо и передвигался более уверенно.

– Ноги. Иногда ничего, а иногда совсем плохо.

– Может быть, врача? – спросил Гуров.

– Лишнее, – отказался Моргунов.

– Почему вы сказали неправду, Алексей Егорович?

Моргунов установил трость меж коленей и ухватился за нее длинными белыми пальцами.

– Я не знаю, кто вам рассказал про Алевтину. Думаю, кто-то из жильцов нашего дома. Она так громко заявила о себе, что ее не могли не услышать.

Я тогда еще подумал, что люди могут вызвать полицию. Аля такой раньше не была.

– Почему вы скрыли ее визит?

Моргунов вскинул голову и прикрыл глаза от солнечного света.

– Будьте добры, задерните занавеску, – раздраженно попросил он.

Гуров выполнил просьбу. В комнате мгновенно наступил полумрак.

– Когда вы пришли, то назвали ее имя. Я решил, что она на меня написала заявление. А потом вы сказали, что она в розыске. Я струсил.