Смертельно влюблён (СИ)

Ночной город очень красив.

Казалось, что Полин слушает меня с замиранием сердца, даже схватилась за мою ладонь.

— Скажи мне, если захочешь есть, пить или тебя укачает. Скажи, не молчи только, — нервно попросит я.

Да, мне было тяжело до лихорадки в ногах, настолько страшно было везти её куда-то. Но она не уйдёт, она со мной, вся в предвкушении, как никогда, даже счастливее, чем раньше.

Выезжаю на самую разгруженную трассу, через которую можно проехать почти к любому месту в городе.

Она немного открывает окно.

Уверен, она соскучилась по свежему воздуху, поэтому вкушает каждый миг. Кто знает, сколько она будет сидеть взаперти. Но могу сказать, что немало.

— Ты меня любишь? — внезапно спросила Полин, нарушив такую приевшуюся тишину.

— Ты же знаешь, что да, — отвечаю я, не отрывая холодного взгляда от дороги.

— Почему тогда так ведёшь себя? — Этот вопрос застал меня врасплох, хоть и слышу я его теперь чаще, чем «доброе утро».

Не успеваю ничего даже подумать, чтобы соединить всё это в связное предложение. Какой-то урод подрезает меня слева, приходится резко затормозить, но столкновение машин всё равно произошло.

— Чёртов сукин сын! — выругался я, сразу посмотрев, всё ли в порядке с Полин. — Не ударилась?

— Нет, — испуганно произнесла она.

— Хорошо. Сиди здесь. А я разберусь с этим выродком.

Включаю аварийную ситуацию и выхожу из машины. Он делает то же самое.

— Какого чёрта ты делаешь, придурок? — раздражительно кричу я, подходя к нему.

— Что? Что я делаю? Я включил поворотник, — возмущался он, то ли дело смотря на трещину на машине.

— В жопу засунь себе свой поворотник, дебил! Мне что до твоих повортников? Ты видишь, что я еду в своём ряду на скорости, не уступаю, какого х*я ты лезешь? Сильно приспичило?

Весь мой настрой пропал из-за долбанного придурка. Теперь я видел только лишь знак, что выйти с ней из дома — гнилая идея. Но нет, я себя пересилю, я обещаю маленькой девочке.

И мне было плевать на машину, деньги на ремонт мне не нужны, выплачивать этому несчастному дебилу я ничего не собирался. Всё, что я хотел, — это высказать ему до конца, что таким ничтожествам лучше ездить на автобусе, и уйти, поехать по своему плану. Показать ей город, который к шестнадцати годам она не удосужилась увидеть.

И всё бы было в порядке, но двери машины открылась, из неё выскочила взъерошенная Полин, с округлёнными глазами.