Смертельный звонок [cборник]

К тому ж я забыл сообщить насчет Дениса: обыскали наши не только квартиру Романова, но и сарай на огородике, и на фабрике обшмонали шкафчик-локер со спецодеждой и прочим.

— Натурально, пусто.

— Абсолютно. Никаких следов. Я-то, грешным делом, думал: ведь уволили его с фабрики, обвинив в том, что несун — ан нет. Все как один, что руководство, что сослуживцы, с негодованием отметают: честнейший человек. Кристалл, а не душа. Его все любили, денег собрали на похороны и прочее, выписали матпомощь… матери.

— Итак, покойник чист и непорочен.

— К тому же мертв именно он…

— Поэтому вернемся к Нине. Она-то жива, к тому ж порядочная прохиндейка, бывшая любовница загадочного Тротила, то есть чисто гипотетически, даже будучи неосведомленной в химии, могла, задумав жуткую расправу над неверным любимым…

— А вот тетки утверждают, что ничего не было, — встрял Крячко.

— Тетки — аргумент, но не железный, — заметил Гуров.

— Тоже мне, людовед! Да теток хлебом не корми, а вот подай для поднятия своей значимости соврать, что знают больше других.

И если даже они ничего не говорят плохого ни о ней, ни о нем, — то и не было ничего.

Лев Иванович, избалованный общением с исключительно умными дамами, не ощущал уверенности оппонировать. В такого рода вопросах Станислав понимает больше.

— И все-таки представим, что Нина — из ревности или корысти — задумала расправу. Далее, задействовав старые связи, скажем, наработанные со времен общения с загадочным Лёлей Тротилом, смогла найти умельцев, соображающих во взрывчатке, или купила готовую.

Нет, — оборвал Гуров сам, не дожидаясь вмешательства коллеги, — никуда не годится.

— Абсолютно, — удовлетворенно подтвердил Крячко, — слишком много коли да кабы, множество предположений, мало мотивов и фактиков. А значит…

В этот момент запиликал телефон: Гурова уведомляли, что готовы результаты по картотеке.

— А значит, надо доехать до конторы и изучить то, что практически бесспорно, — подвел черту Лев Иванович.

…Данные, полученные из картотеки, вызывали искреннее недоумение, если не сказать — недоверие.

Такого быть не может. Осмысление требовало паузы. К тому же некоторые слабости и склонность к спецэффектам имеют и профессионалы. Поэтому Лев Иванович изучал данные по Нине Лайкиной, она же Романова, с непроницаемым лицом, не говоря ни слова. Ну, свою роль сыграла и текучка, наведались один-второй-третий «за справочкой», Верочка в очередной раз принесла на крыльях эхо недовольства любимого командования.