Смерти вопреки

Офицер озадаченно смотрел на меня, ожидая дальнейших объяснений. Я же со своей стороны посчитал разговор законченным, после чего повернулся к столу и налил себе фруктовой воды. Отпив, стал оглядывать блюда с закусками.

«Чего бы… Балычка или ветчинки? Наверно…»

От выбора меня отвлекла неожиданно наступившая тишина, а затем женский голос громко и решительно произнес:

– Господа и дамы! Прошу вас всех собраться в центре зала, как можно ближе к оркестру!

Когда присутствующие собрались в центре зала, на возвышение взошла женщина с костистым, резко очерченным лицом, в скромном платье.

После короткой, но яркой и эмоциональной речи, которая кончилась под аплодисменты и восторженные крики присутствующих, начался молебен, завершившийся государственным гимном Российской империи. За это время лакеи обновили ассортимент закусок на столах, заменили пустые бутылки и кувшины. Приглашенные окружили столы, а военные оркестранты снова заняли свои места и заиграли вальс. В центр зала стали выходить одна за другой танцевальные пары. Встав у одной из колонн, я стал наблюдать за танцующими парами, время от времени бросая взгляды вокруг. Неожиданно в поле моего зрения попала молодая и очень даже привлекательная молодая женщина.

«Очень даже ничего. Попробовать познакомиться?»

Но эта мысль явно запоздала, так как к ней уже подходил смазливый капитан с бокалом лимонада. Она приняла его с улыбкой и что-то ему сказала, а я опять продолжил наблюдать за танцами до тех пор, пока не наступил перерыв.

Музыка стихла, и разгоряченные танцоры сгрудились у столов, чтобы утолить жажду. Отойдя от шумливых, возбужденных людей подальше, я вдруг неожиданно обнаружил, стоящую за колонной, замеченную ранее, красивую женщину. Она стояла в одиночестве, обмахиваясь веером.

Подойдя к ней, я спросил:

– Приятный вечер, не правда ли?

Некоторое время она с чуть заметным удивлением рассматривала меня, а потом спросила:

Сообразив, что нарушил общепринятые правила знакомства, сразу поспешил исправиться:

– Разрешите представиться: поручик Сергей Александрович Богуславский.

Она, как мне показалось, томным голосом сказала:

– Вы не слишком торопитесь, поручик?

Мне было непонятно, что она имела в виду, но тон и эти слова показались мне кокетством привлекательной женщины. Незаметно для себя я перешел на современный язык разговора.

– Не думаю, – ответил я. – Вы красивая, я вроде недурен.