Смертник из рода Валевских #09

Темнокожий толстяк излучал радость, словно ему, наконец-то, удалось совершить невозможное — продраться к нам сквозь все препоны Твердыни. Не будь я заранее подготовленным, запросто мог поверить столь яркому появлению. Эмоции, которые излучал эмир Хаджи, ощущались как искренние. Такому человеку запросто можно было довериться.

Словно по волшебству окружавшие нас стражники испарились, словно их никогда и не было. К клетке подскочил тот самый надсмотрщик, что с брезгливостью швырял каждый день нам помои, называемые едой, и открыл дверцы.

— Господа, прошу простить за недоразумение, — эмир Хаджи продолжил играть свою роль и вошёл к нам в клетку. — Возникло какое-то жуткое недопонимание. Вы появились из портала обращённых и у служителей Твердыни просто не было иного варианта, как признать вас тёмными. Что я только не делал, чтобы попасть сюда, но Твердыня была непоколебима. Раз вас считали тёмными, значит и относиться к вам стоило аналогично. Меня никогда раньше не привлекали к работе с тёмными, так что я даже не представлял, в каких условиях их содержат.

Всё, что касалось вас, оказалось покрыто какой-то тайной и совершенно случайно я несколько часов назад узнал об этом. Тут же бросил всё и сразу озаботился тем, чтобы вытащить столь дорогих гостей из темницы. Дошёл до самого верховного епископа! Наконец я здесь и ваши страдания закончились. Осталось буквально несколько формальностей, и мы сможем покинуть это неподобающее вашему статусу место. У меня даже бумаги уже все с собой.

В клетку вбежал один из слуг эмира Хаджи и передал своему господину тонкую красную папку. Я безучастно смотрел на калиманца, даже не делая попытки взять протянутые мне бумаги. Меня здесь нет. Кималь Саренто пришёл мне на помощь:

— Эрцгерцог Валевский принял обед молчания, уважаемый эмир Хаджи. До встречи с Инквизитором он не будет ни разговаривать, ни писать, ни читать какие-то документы. Мой потерпевший поражение наставник готовится к смерти, так что всё мирское ему сейчас не важно.

Если критерием нашего освобождения является подписание каких-то бумаг эрцгерцогом Валевским, боюсь вас расстроить. Мы побудем в этой клетке ещё какое-то время. Ровно до тех пор, пока Инквизитор лично не явится в Ольро.

— Какие бумаги, граф Саренто? — эмир Хаджи насколько шустро убрал бумаги обратно в папку, что стоило только подивиться его ловкости, что совершенно не читалась в столь огромном теле. — Конечно же вы выйдете из этого ужасного места.