Но никто ему не верит. Мое положение плачевно, Сесилия.
Он снова повернулся к ней, сел. Теперь, когда главное было сказано, он осмелился посмотреть ей в глаза.
— Дело будет слушаться через несколько дней, меня привлекут к ответу. Я должен буду присягать на Библии, а я ведь глубоко верующий человек! Клятвопреступление для меня немыслимо.
— И даже король не может спасти тебя?
— Он верит мне. Пока. Но когда он узнает, что я лгал ему, мне конец.
Сесилия кивнула. Она не могла больше ни о чем говорить. Она думала лишь о том, что означает этот позор и это унижение для такого человека, как Александр.
Он будет выставлен на всеобщее осмеяние, не исключено, что его изобьют на улице…
— Кто он?.. — тихо спросил Александр.
Без всяких предисловий он перешел к ее проблемам. Она была в шоке: на какой-то миг она забыла о себе.
Но его живой интерес согрел ее.
Она отвернулась, чувствуя отвращение к самой себе и к тому, что с ней случилось.
— Один хороший друг семьи, — ответила она. — Священник, неудачно женившийся.
Изголодавшийся по человеческой близости. Все это было так поспешно. И никому из нас это не было нужно!
— Но почему это произошло, Сесилия?
— Если бы я знала! Как раз тогда мне казалось, что это нужно.
Александр сдержанно улыбнулся, его это явно забавляло.
— Ты так забавно выражаешься, — сказал он, — но я понимаю, что ты имеешь в виду. Иногда это в самом деле кажется совершенно необходимым. — Он долго и пристально смотрел на нее. — Мне хотелось бы узнать больше об этом человеке, как ты, наверное, понимаешь.
Он интеллигентен?
— О, да! У него прекрасный, благородный нрав. Он попал в немыслимую ситуацию: жена лишила его всех супружеских прав. Так что его трудно в чем-то винить.
— И он совершенно не похож на меня?
— Наоборот, — горячо возразила она, — об этом даже не стоит спрашивать…
Она замолчала и покраснела.
Александр принялся кусать костяшки пальцев.
— Мне ясен твой план. Но ты уверена, что хочешь этого?
— Иначе бы я не пришла.
Это было для меня не простым решением, поверь!
— Я верю тебе. Но ты пришла к этой мысли только сегодня утром?
— Время не терпит, ты ведь понимаешь.
— Конечно. Но меня беспокоит другое.
— Что же?
— Почему ты согрешила именно с ним?
— А почему именно это беспокоит тебя?
— А ты не понимаешь? Подумай хорошенько, Сесилия!
Он понял: сходство между ним и Мартином. Она встала.
— Должна признаться, что в то время меня раздражала и печалила твоя сдержанность.
